По пути в аэропорт отец и сын не проронили ни слова – джип, генерал-лейтенант в том не сомневался, был нашпигован подслушивающими устройствами. Только оказавшись в небольшом самолете, который принадлежал подконтрольному Остоженским алюминиевому гиганту, Глеб Романович дал волю чувствам.

– Басалыго типичный твердолобый пахан, – сказал он, наливая себе минеральной воды (самолет как раз разгонялся по взлетной полосе). – На его роже так и написано, что он жаждет надуть меня, и я доставил ему удовольствие, позволил поверить в это.

Максим, смотревший в иллюминатор, спросил:

– Папа, ты уверен, что он ничего не заподозрил?

– Конечно же, нет! – рассмеялся Глеб Романович. – Он думает, что обманул меня. Наверняка теперь похваляется перед своей женушкой, как просто обвести меня вокруг пальца.

– Папа, давай оставим Настю в покое... – остановил Максим, но генерал-лейтенант в свою очередь прервал сына:

– Максимка, если избавляться, то ото всех одним махом. Один раз я поддался на твои увещевания, однако повторения не будет. Но ты же знаешь, баба нам пригодится, потому что она откроет нам дорогу ко всему тому, чем обладает Басалыго.

Генерал-лейтенант вынул из внутреннего кармана пиджака сложенную вчетверо бумагу и протянул Максиму. Тот развернул ее и удивился:

– Копия завещания Басалыго? Откуда она у тебя?

– В наше время никому нельзя доверять, даже адвокату и собственному нотариусу, – заявил, морщась, Глеб Романович. Затем бросил в бокал с водой шипучую таблетку и пробурчал: – Басалыго питается черт знает чем. Тяжелая пища, все жирное и острое, у меня началась изжога.

Максим просмотрел бумагу и резюмировал:

– Он оставляет все своей единственной дочери Машеньке, опекуншей которой, однако, должна стать его жена Анастасия.

– Вот в том-то и суть! – заявил, расстегивая ремень безопасности, генерал-лейтенант Остоженский (самолет уже набрал высоту и взял курс на Москву). – А дочка у него то ли даун, то ли олигофрен.

– У нее синдром Туретта, – поправил Максим, но отец перебил его:

– Давай, Максимка, без подробностей. Факт остается фактом: девчонка идиотка и сама распоряжаться деньгами не может. Поэтому Басалыго и назначил Настю опекуншей. И если на нее оказать соответствующее давление, то баба подпишет все, что требуется. И отдаст нам его империю даром. Ведь чего не сделаешь ради девчонки!

– Папа, Машенька очень ранимый ребенок... – начал Максим, но отец снова оборвал его: – Вот мы ее и раним. Ха-ха-ха! Я же дал тебе слово, что дуру Настю больше не трону. Когда Настя сделает все, что от нее требуется, она получит свою дебилку обратно. Пусть едут за границу – на это у них денег останется – и живут там в свое удовольствие, а Россию оставят нам!

– План рискованный, – с сомнением покачал головой Остоженский-младший. – Если что-то не получится, папа...

Но генерал-лейтенант заверил сына:

– Максимка, все получится! Над планом трудились лучшие стратеги моего аналитического отдела. И действовать надо быстро, не затягивая, чтобы Басалыго ничего не заподозрил. Однако вначале все должны узнать о том, что мы с ним заключили мир и, соответственно, никаких причин желать его смерти у нас в помине нет. Для отвода глаз придется даже провернуть с ним несколько совместных сделок. Ничего, себе в ущерб, но сторицей все возместится.

– Но как ты осуществишь свой план? – спросил Максим. – Басалыго после неудавшегося покушения...

– О, не напоминай мне о том дилетанте! – простонал Остоженский-старший. – И кого только сейчас в Российской армии готовят... Рохлей и мазил, вот кого! Пришить Басалыго не смог!

– Так вот, папа, Игорь Леонидович теперь удвоил охрану, – продолжил Максим. – Поместье под Питером, как ты сам убедился, больше похоже на крепость. Такую не взять штурмом и целому батальону.

– Да, да, я понял, сынок, – заверил его Остоженский-старший. – И план будет приведен в исполнение за пределами поместья.

– Но и там его всюду сопровождает охрана, – не унимался сын. – И откуда тебе будет известно, когда представится подходящий случай? Может, такое произойдет завтра, а может, только через три года. Не станешь же ты постоянно наблюдать за Басалыго? Его люди в два счета заметят слежку.

– Если гора не идет к Магомету, то надо сделать так, чтобы Магомет вприпрыжку помчался к горе, – усмехнулся Глеб Романович. – То есть мы устроим, чтобы Басалыго вместе со своей дочуркой и женой был в определенном месте в определенное время. А именно в том месте и в то время, когда нам удобно!