– А что же главное? – одними губами обозначил улыбку Иван.

– Думаете, трудно сообразить? «Деза». Грандиозная «деза». Америкосы должны были не просто клюнуть – слопать наживку с потрохами! Выжать из Артёма всё до капли и вместе с настоящей информацией получить то, что отбросит их ещё лет на десять.

– Я догадываюсь! – вдруг выпалил физик. – В моей области у них полно крутых спецов. А вот стабилизация спинорного пучка! В одной штатовской работе доказывалась её принципиальная невозможность.

– Артём сбежал, и всё у вас сорвалось. Так имейте мужество признаться, – вздохнула я.

Чингиз переглянулся с Иваном и хмыкнул. Бритоголовый посмотрел куда-то в потолок и сквозь зубы процедил:

– Умная девочка.

Блондин пожал плечами. В глазах у него заплясали озорные искорки:

– Маленькое уточнение, Таня. Ничего не сорвалось. Они получат то, что хотели.

– Это как? – захлопал ресницами Артём. И покосился на дверь. Словно боялся – оттуда появится делегация цээрушников, заранее приглашённая Чингизом.

– Когда ты сидел, якобы накачанный под завязку компьютерной дурью, – тебя ведь обыскали?

– Ну… да, – кивнул Артём. – Только у меня и не было ничего.

– Диск у тебя забрали?

– Игрушка. «Квэйк-13».

– Надеюсь, она им понравится.

– Это что же… Это?…

– Конечно, информация зашифрована. Очень надёжно. Только я думаю, им помогут найти ключ. Очень скоро.

Артём качнул головой и едва не расплескал остатки коньяка от возбуждения:

– Здорово!

Куда только девалась вся его недавняя обида? Пить ему больше не стоит.

– Я понял! Они сумеют выйти в режим нуль-перехода, но не смогут застабилизировать пучок! А значит, максимально достижимая мощность – доли милливатта. Здорово! При повышении уровня мощности их генераторы будут взрываться! И они ухлопают кучу времени и денег, прежде чем начнут догадываться!

– Надеюсь, это даст нам хотя бы пару лет, – скромно заметил Чингиз.

– Послушайте, – вмешалась я недоумевающе. – Неужели эти чертовы нуль-генераторы так важны? Это что, страшнее атомных бомб?

– В каком-то смысле, – кивнул Король.

– Ещё бы! – поддержал Артём, придвигаясь со своим стулом ближе. – Но главное – новый, почти неисчерпаемый источник энергии. Представляешь, Таня, – пускай эти уроды подавятся той нефтью и тем газом, которые они у нас отобрали! А мы будем получать энергию прямо из вакуума!

Глаза его лихорадочно блестели. В эту минуту он казался по-настоящему счастливым.

Голос Ивана прозвучал отрезвляющим диссонансом:

– Видишь, девочка, мы от тебя ничего не скрываем. А вот ты не хочешь быть до конца откровенной.

Чингиз кашлянул:

– Мы тебе доверяем. Но то, что тебе удалось выбраться, – действительно похоже на чудо. Ты – бесценный свидетель, Таня. Очень во многом надо разобраться. Помоги нам.

– В чём?

Господи, как я устала…

– Вопросов слишком много. Например, компьютерная «дурь» на тебя практически не подействовала.

– И на меня – тоже! – торопливо вмешался Артём. – Главное – вовремя закрыть глаза.

– Не так всё просто, дружище. Если бы мы заранее не поработали с твоим терминалом – результат был бы иной.

– Да-а? Спасибо, – вздрогнул физик и залпом допил остатки коньяка.

– А что случилось в слепнёвском подвале, Таня? Как тебе удалось обезвредить Старика?

– Это совпадение. Мы одновременно вырубились.

– Слишком много совпадений.

Как я могу объяснить? Разве я понимаю в этом хоть чуть больше? Да, мне удалось закрыть глаза и сорвать с себя вирт-шлем. Но это не было чем-то сверхъестественным. А в подвале у Слепня… Да, я услышала Зов. И почти поверила, что это не галлюцинация… Пересказывать им содержание собственного бреда? Уж тогда мне окончательно перестанут доверять.

Пауза затягивается. Я чувствую их взгляды. Даже Артём теперь смотрит настороженно. Вздыхаю и говорю единственно возможное.

Правду.

– Я ничего не знаю…

Чингиз переглядывается с Иваном. Потом вдруг спохватывается:

– Ужин давно остывает.

В ярко освещённой столовой жалюзи на окнах были подняты – преимущество бронестёкол с односторонней прозрачностью. Над Москвой медленно сгущались сумерки. Солнце уже успело провалиться за крыши домов. Осталось только красное сияние на западе. Какой длинный, жутко длинный день остался позади…