Я вспомнил! У Бурлакова было такое выражение лица, словно он нашел новую Земфиру. До Земфиры Авроре было, конечно, далеко. Но ближайшее открытие Леонида Владимировича находилось уже не за горами.

Весь следующий сезон мы с Бурлаковым проработали над продвижением на музыкальный рынок группы “Братья Грим”. Тандем рыжих близнецов из Самары рванул вверх с такой скоростью, что никто даже пикнуть не успел…

Начинали с нуля, а точнее – с демо-записи пяти песен. Зимой 2005 года Бурлаков принес к нам в офис “Вторую половину”, “Ресницы”, “Норвегию” и что-то еще. “Это что, очередная присланная тебе демо-запись? – без особого энтузиазма спросил я. – И где ты их нашел?” “Мне по интернету прислали несколько песен, меня зацепило, и я позвонил в Самару, – признался Бурлаков. – Правда, музыканты решили, что это розыгрыш. Тогда я пригласил их в Москву, а в конце разговора спросил: „Как я вас узнаю?“ И в ответ услышал, что они – братья-близнецы. Здесь я получил такой электрический заряд… Потому что не думал, что кроме музыки есть еще другой фактор, который поможет мне с этими ребятами”.

Вскоре Бурлаков пригласил меня съездить с ним в подмосковную деревню Немчиновка, где проходили первые репетиции переехавших в столицу “Братьев”. На двух машинах мы пропилили мимо поста ГАИ за линию горизонта – до тех пор, пока не увидели полуразрушенный одноэтажный Дом культуры образца 1973 года. Там в атмосфере сырости, мистики и таинства Бурлаков презентовал нам своих новых фаворитов.

…Репетицию снимал известный фотограф из Владивостока Миша Павин. В исполнении самарского квинтета меня особенно впечатлил психоделический “Аэроплан”, а также отражавшийся в зеркалах басист Костя Бурдаев, уверенно подпевавший в унисон своему брату Боре. “В них, конечно, нет лоска Лагутенко, но они не настолько просты, как кажутся, – сказал я своим пресс-менеджерам. – Похоже, они действительно могут выстрелить”.

…Первый альбом “Братьев Грим” записывался во дворе нашего бизнес-центра – в том самом подвале, где Олег Чубыкин работал с UMA2RMAH, Лерой Массквой и вторым альбомом “Сегодня ночью”.

Вспомнил прикол: в паузах между сессиями я записал у Чубыкина претенциозную речь для пресс-конференции “MTV Russia Music Awards”. Это был такой жесткий стеб-концепт: провести в элитном ресторане “Желтое море” пресс-конференцию под фонограмму. А самому стоять на сцене и пить минеральную воду. Перед глазами стоят растерянные лица Бори и Кости, наблюдавших, как я наговариваю в микрофон эту пафосную ахинею. Потом в студию зашли топ-менеджеры “Радио Максимум”, которых Бурлаков пригласил послушать “наш ответ Maroon 5”. Затем пришли мои студенты-продюсеры, которым я в тот день должен был читать лекцию. Там под “Ресницы” все и перезнакомились.

…Весной 2005 года, проезжая на своей белой “тойоте” по ЦПКиО им. Горького, Бурлаков обнаружил в конце парка искусно замаскированный Театр музыки и драмы. Зайдя внутрь, великий мистификатор увидел небольшой зал мест на двести. Лучшей площадки для первого концерта новой группы ему было не найти. Музыка у “Братьев” присутствовала, а для драмы существовал режиссерский талант Лени…

Система попадания на эту акцию красноречиво свидетельствовала, что порох в пороховницах у Бурлакова еще не подмок. Все действо называлось “Концерт для Первых Фанов” и было строго засекречено. Со стороны это могло вызывать ассоциации с презентацией акции “Явление Христа народу”, которую проводил бы классик современной рекламы сэр Огилви.

На сайте “Братьев Грим” давались какие-то невнятные намеки на “адреса, пароли, явки”. Людям предлагалось приехать в назначенный час в условное место. Найти автомобиль, под дворником которого находился бы журнал “Q” выпуска 1989 года. Подойти, шепнуть пароль и получить билет на заветный концерт.

Но и это было еще не все. Оказывается, билеты существовали двух видов: на одном был изображен Боря, а на другом – Костя. Правда, доверчивые фанаты об этом не догадывались. На входе в театр их встречали представители пресс-службы, которые доброжелательно объясняли правила игры: “Здорово, что вы пришли. У вас в руках настоящий билет на „Концерт для Первых Фанов“. Теперь, чтобы попасть внутрь, вам нужно найти снаружи свою вторую половину. У нее на билете должен быть второй близнец. Совместите ваши билеты – и проходите”.

Поклонники стойко выслушивали этот издевательский монолог, почти без эмоций на лице. И так же мужественно под снегом с дождем “вычисляли” вторую половину. На весь Театр музыки и драмы разносились в тот вечер нечеловеческие крики: “Девушки, а у вас Боря или Костя?”

Затем мы провели концерт в джазовом зале “Б2”. Там собрались представители всех лейблов, которые не мигая рассматривали двух рыжих чертов, мужественно пытавшихся побороть говняный звук. Иногда им это удавалось. Тем не менее атмосфера в зале была такая, будто бы Бурлаков нашел новый “Мумий Тролль”. Ажиотаж нарастал, и нам оставалось лишь подливать масла в огонь…

Чувствуя, что поймал за хвост птицу-удачу, Леня вновь приехал к нам в офис и, сверкая очками, предложил новую схему работы. Для раскрутки коммерчески привлекательных “Братьев” он собрал целую команду бизнес-партнеров. Это сообщество ласково называлось нами “коалиция” и со стороны выглядело как целая Антанта. Сам Бурлаков занимался линейным менеджментом и общей координацией, “Кушнир Продакшн” – пиаром, выпускающий лейбл “Мегалайнер” – продвижением группы на Муз-ТВ и “Европе Плюс”, Алена Михайлова из Velvet Music – работой с киноиндустрией и ротациями на “Русском Радио” и канале MTV. Схема начала работать нереальными темпами.