– Ну, как знаешь, я предупредил… – Рыжий спрыгнул с саней и стал наблюдать, притоптывая и похлопывая себя руками по плечам, как подъезжают остальные.

– Давай, выводи на круг! – крикнул ему конный. – Вот сюда, по солнцу.

Рыжий вернулся в сани, стегнул лошадей вожжами. Он немного проехал, направляя идущих за ним возниц по кругу и целясь, чтобы самому выехать к задним саням. Хорек оглянулся – обоз уже выгнулся дугой, и можно было хорошо пересчитать повозки. Получилось пятнадцать крытых и десяток обычных, груженных мешками и корзинами.

Замкнув наконец круг, Рыжий перебросил вожжи вперед, через головы лошадей, привязал их к передним саням, затянул покрепче.

«Сейчас, – подумал Хорек. – Смотритель – это, наверное, тот, с голосом человека, привыкшего командовать. У человека с таким голосом рука не дрогнет. И жалости у него не допросишься».

Но Хорька потащили на допрос не сразу. Вначале зажглись костры, и возчики засуетились между ними, развешивая над огнями котлы на треногах – скоро потянуло запахом еды. Потом из саней начали выпрыгивать люди.

Хорек внимательно смотрел, но ничего особого не заметил. Люди как люди. Молодые, ловкие, легко соскакивают в снег, смеются, переговариваются. От всех крытых саней двинулись они к кострам, держась десятками, как ехали. Все одеты в полушубки, шапки. На поясах – мечи и кинжалы.

«Зачем их прячут?» – удивился Хорек. Еще и глаза ему завязывали днем.

Люди как люди. Парни, хотя, похоже, среди них есть и девки. Вон, кажется, голос девичий, как днем. Подошли к кострам, стоят, протянув руки, греются. У них там в фургонах тоже, наверное, не слишком тепло. И темно, наверное. Ни лампу не зажжешь, ни лучину: искра упадет, никто и выскочить не успеет.

У ближнего костра возничий притащил миски и, не снимая котла с огня, ложкой с длинной ручкой стал набирать варево и переливать его в посуду. Стоявшие тут же передавали миски друг другу.

– Давай мальчишку к Смотрителю, – сказал вынырнувший из темноты за санным кругом, Деревяшка.

– Ноги развязать? – спросил Рыжий.

– Потом за ним по темноте бегать? Давай, потащили. – Рыжий и Деревяшка сдернули Хорька с саней и потащили в ночь.

Недалеко.

На холм, у подножья которого стоял обоз. Отсюда людей было видно плохо, только черные тени скользили на фоне костров.

– Он тебе что-то говорил? – спросил Смотритель у Рыжего.

– Говорил. – Рыжий быстро, но точно пересказал все, что говорил ему в запальчивости Хорек.

Про Молчуна и Жлоба тоже рассказал.

– Значит, так… – сказал, дослушав, Смотритель. – Весной мы детей из Камня не получим…

– Не получите! – сказал Хорек, с трудом сдерживая торжество. – И весной не получите, и потом…

– Зачем вы нас искали? – спросил Смотритель.

– Они за Серым Всадником гнались, – пояснил Рыжий. – Сказку услышали, а тут как раз и мы подвернулись. Я говорил, что плащи и кони…

– Я знаю, что ты говорил, – оборвал его Смотритель. – И Круг знает. Но это не обсуждается. Серые Всадники были и будут.

– Всадники? – пробормотал потрясенно Хорек. – Всадники? Говорили же… Говорили, что один…

– А ты сказкам больше верь! – Рыжий толкнул Хорька, словно напоминая, что не нужно спорить со Смотрителем и тем более задавать ему вопросы.

– Зачем вы шли за Серым Всадником? – спросил Смотритель.

Свет от костров почти не долетал сюда, лишь крохотные огоньки отражались в глазах Смотрителя.

Хорек задумался.

Терять ему нечего. Если его убьют, то княжну он все равно не спасет. А так… Так он может попытаться что-то сделать для девочки.

– Мы за княжной шли, – сказал Хорек.

О планах занять место Жлоба и Молчуна он говорить не будет. Он с самого начала не собирался договариваться с Серым Всадником. Он только хотел спасти княжну. И Рык тоже этого хотел.

– Жлоб вам княжескую дочь отдал… Маленькую, трех лет… Волосы русые, родинка… родинка на правой щеке. – Хорек попытался вспомнить и еще что-то, но не мог: видел он княжну только один раз, когда его Враль брал с собой на ярмарку в Камень.

– Дочка князя? – переспросил Смотритель. – Зачем он ее трогал?

– А от жадности… От жадности… Молчун и не знал.

– Если бы Жлоб Молчуну сказал, то девочку князю вернули бы, – вмешался Рыжий. – Сразу отдали бы…

– Не сказал… – слова тяжело вылетели из губ Смотрителя и упали в снег неподалеку.

– Верните княжну! – попросил Хорек. – Что вам стоит? Верните! И князь с княгиней ничего делать не будут. И даже воевода наш… Воевода зла держать не станет! Верните!

В душе у него вдруг вспыхнула надежда. Полыхнула неожиданно ярко, ослепила, заставила сердце забиться сильно и часто.