Лицо у нее было будто нездешнее. Кожа словно прозрачная. На лбу, над правой бровью, трогательно трепыхалась фиолетовая венка, румянец сдержанный, как у фарфоровой пастушки. А глаза… глаза инопланетные, такие могли бы быть у марсианки из блокбастера Лукаса, но никак не у земной женщины в дешевом льняном костюме, подошедшей ко мне в скверике у Патриарших прудов.

Подошла – и стоит.

Молчит.

Улыбается.

Если бы на ее месте был кто-то другой, я бы за словом в карман не полезла – имею огромный опыт отхамливания городских фриков. А тут – словно онемела, язык не поворачивался сказать грубость этой странной женщине. Так и молчали, рассматривали друг друга, она меня – насмешливо, я ее – удивленно. В какой-то момент я грешным делом подумала, а уж не галлюцинация ли это, все-таки водки выпила, мягко говоря, немало. И тут незнакомка заговорила:

– Извините, что я вот так запросто подошла. Но мне показалось, что вам нужна помощь.

Голос у нее тоже был завораживающий – хрустальным колокольчиком прозвенел в полуденном мареве.

– С чего вы взяли? – устало поинтересовалась я.

– Не надо быть ясновидящей, чтобы сообразить. У вас такое лицо, – рассмеялась она.

Надо же, тетке никак не меньше сорока, а смех у нее детский, звонкий и заразительный. Я даже улыбнулась в ответ, хотя настроение по-прежнему было ниже нуля, но губы сами собою растянулись, словно резиновые.

– Ну вот видите, вы уже улыбаетесь. Я присяду?

– Да пожалуйста, скамеечка общая.

Прежде чем сесть, она аккуратно одернула юбку. Была в ней некая приятная выверенность – как у аристократки, как у Вивьен Ли в роли Скарлетт О’Хары. Как она держала спину, как поворачивала голову, как изящно складывала на коленях руки. Удивительно: невзрачная женщина с плохо прокрашенной сединой, катастрофическим отсутствием маникюра и рыночной дерматиновой сумочкой, а ведет себя, будто принцесса наследная.

– Ну и кто вы такая? – во мне проснулось любопытство.

– Людмила, – радостно объявила она, как будто бы это все объясняло, – но все меня Людочкой зовут.

– Вам что-то от меня нужно?

– Ну зачем вы так? – Она смотрела на меня так ласково, что даже не по себе становилось. – Я просто увидела, что девушка страдает, и решила подойти. У меня энергетика хорошая. Можно я вас за руку возьму?

– Я стопроцентно гетеросексуальна, – на всякий случай предупредила я.

– Какая вы смешная, – Людочка все же завладела моей ладонью. Руки у нее были сухие и прохладные. И вот что странно: я в ту же секунду успокоилась. Как будто меня окунули в бочку с новопасситом. Как будто обернули ватным коконом.

– Вы гадалка, – внезапно поняла я.

Но эта версия развеселила ее еще больше.

– Даже не пытайтесь угадать. Я вам все объясню, но немного позже, хорошо? А сейчас давайте просто поговорим. Расскажите мне.

– Что?

– Все, – просто сказала она, – я же вижу, что вам не с кем поделиться.

– Черт, как-то странно все, – я помотала головой, стряхивая с себя наваждение.

– А вы не бойтесь, – прищурилась Людочка, – что вы теряете?

– Я вас совсем не знаю… Я, пожалуй, пойду, – сказала я, но с места не сдвинулась. Взгляд незнакомки гипнотизировал.

– Вы же знаете о таком психологическом явлении, как «эффект попутчика», – улыбнулась она. – Иногда полезно вывалить свои проблемы на совершенно незнакомого человека. Это как очищение, катарсис. Потом мы разойдемся, и вы больше никогда меня не увидите. Вам станет легче, поверьте.

– Верю, – кивнула я, – только вам-то на кой черт сдались мои проблемы? Если вы из религиозной секты, то учтите, я бедна и мнительна.

– Какая вы хорошая… – Людочка замялась.

– Вера, – подсказала я.

– Вера, – она повторила мое имя с таким задумчивым смакованием, как только что разродившаяся женщина впервые произносит имя своего малыша, – сейчас мало кто называет своих дочерей Верами… Вас бросил мужчина, так ведь?

– У меня это на лбу написано? – хмыкнула я. – Не надейтесь, он меня не просто бросил. Я уже не девочка и не стала бы так убиваться по сбежавшему мужчине. Мой мужчина на моих глазах закрутил роман с проституткой, понятно? Я сама разрешила воспользоваться ее услугами. Хотела показаться продвинутой. Девушка оказалась ушлой и вцепилась в моего мужчину, как бультерьер. Не знаю уж, чем она его приворожила. Может быть, у нее брильянтовая вагина. Но в следующем месяце они женятся – это факт. Как вам такая история? – с мазохистским удовольствием я наблюдала за изменившимся выражением ее лица. – Не ожидали?

Людочкины прохладные пальцы коснулись моего лба. Черт возьми, почему я позволяла ей так фамильярничать? Наше странное знакомство стартовало десять минут назад, а ее пальцы уже по-хозяйски копошились в моих волосах. Между прочим, я, как и большинство городских невротичек, ненавижу, когда посторонние касаются моей головы. В наше время у каждой девушки истероидного типа найдется подобный бзик. Даже случайным любовникам я не позволяла перебирать мои волосы, а тут какая-то непонятная тетка… И самое странное, ее прикосновения меня совершенно не раздражали. И даже наоборот – хотелось податься навстречу ее прохладной ладони. Чертовщина какая-то.