– Вот, значит, и попали, – бесстрастным голосом сказал Гуров, выключая мотор автомобиля. – На ровном месте, да мордой об асфальт!

– Ну что я вам скажу, мужики, – разводя руками, начал речь Булгин. – Я-то все понимаю – вы тоже не боги. И не эти, как их… ну, Глоба у нас кто? Вот, значит, как он… В будущее ни вы, ни я заглядывать не умеем. Но разве начальству это объяснишь? Теперь, сами понимаете, все на уши встали. До сих пор еще как-то было терпимо. Но тут уж перебор получился. Белинкова ограбили – ладно, но следом – одно убийство, другое… На Летной четыре квартиры выгорели. Чудом без жертв обошлось. Короче, что хотите делайте – землю ройте, ночей не спите, а делайте что-нибудь! Не просто ищите, а найдите! И это даже не в порядке приказа, а просто иначе всем нам худо будет. Поверьте, я знаю, что говорю.

– Ладно, Валентин Сергеевич, не размазывай кашу по тарелке! – хмуро перебил его Гуров. – Давай по делу. Труп опознал кто-нибудь?

Втроем – Булгин, Гуров и Крячко – они сидели на следующий день в кабинете следователя и обсуждали ситуацию, которая сложилась после пожара на Летной улице. Опять шел дождь, и настроение у всех было предельно скверное.

– Труп? – рассеянно спросил Булгин. – М-да, труп… Ну, вы видели, что там от него осталось. На Летной, наверное, до сих пор все бензином воняет. Нужна углубленная экспертиза с привлечением данных о каких-то особенностях организма погибшего. Может быть, зубные протезы, старые переломы, врожденные дефекты… Боюсь, установить истину будет непросто. Хотя, по логике событий, устранить должны были именно Лобанова, но нельзя исключить и того варианта, что это только лишь маскировка и убит был кто-то другой… Одним словом, нужно искать связи этого человека.

– Связи! – вставил Крячко. – Вчера с соседями уже беседовали. Никто из них про Лобанова ничего не знает. Держался приветливо, но замкнуто, ни с кем близко не сходился. Тем более, и поселился на Летной совсем недавно – поменял квартиру.

– Значит, нужно искать старых соседей, – заключил Булгин. – Не с Марса же он прилетел. Машину человек регистрировал, квартиру менял, работал где-то наконец – это же масса контактов! В общем, не мне вас учить, мужики. Мы теперь в одном шаге от этой банды – нужно только сообразить, в каком направлении этот шаг сделать.

– Это только кажется, что в одном, – сухо заметил Гуров. – На самом деле тут еще придется потопать! Самая ходьба только и начинается.

– Ладно бы еще утонул, – прибавил Крячко. – А то пожар! Все же погорело к черту! Все письма, документы… Впору на Красную площадь выходить с криками: «Кто знает Владислава Лобанова, просьба собраться у фонтана!»

– У какого фонтана? – недоуменно спросил Булгин, уставившись на Крячко усталыми глазами.

– Все равно у какого, – ответил тот. – Это просто такая риторическая фигура. В смысле, что ищи ветра в поле. Лева правильно говорит – придется побегать. Тем более что те, кто действительно его знал, будут теперь от нас прятаться. А прятки – игра долгая. Я помню, в детстве…

– Ладно, пошли! – сказал Гуров, вставая. – А то тебя уже на воспоминания детства потянуло. Верный признак, что скоро на пенсию отправят. – Он обернулся к следователю и сказал: – Сделаем все возможное, Валентин Сергеевич! Я сейчас собираюсь еще раз с девчонками из стриптиз-клуба встретиться – может, еще что-нибудь вспомнят, а Стас по официальным инстанциям пройдется – прописка, регистрация автомобиля, соседи по прежнему адресу…

– Я должен быть в курсе каждого вашего шага! – предупредил Булгин.

– Само собой, – кивнул Гуров.

Они с Крячко пожали следователю руку и вышли из кабинета. Оба молчали. Уже на улице Крячко, не выдержав, укоризненно заметил:

– Дождь-то третий день шпарит! Это куда годится? И холодина завернул – чисто осенью! Как работать в таких условиях? Булгину-то хорошо – сидит в теплом кабинете и в ус не дует. А тут бегай как бездомная собака! Интересно, у этого Влада вообще родственники имеются? До сих пор никто не всколыхнулся! А ведь о пожаре в теленовостях сообщалось. Что же теперь – всех Лобановых обзванивать? Их небось в Москве несколько тысяч!

– Понадобится – придется обзванивать всех, – не слишком любезно сказал Гуров. – И Булгину, между прочим, не позавидуешь. Действительно, с весны эти артисты каруселят, а у нас на них ничего практически нет. Как будто им какой-то злой рок помогает! Ведь ты подумай – чуть дом многоквартирный не спалили, и никто из соседей ничего подозрительного не заметил! Ни как пришли, ни как уходили…

– Нервишки у ребят в порядке, – сказал Крячко. – Правильный образ жизни ведут, наверное. Салаты едят, в бассейн ходят, не пьют, не курят… Совершенствуют профессиональное мастерство. Новое поколение, Лева, выбирает пепси.

– Ладно, по машинам! – скомандовал Гуров. – Действуем, как договорились. Телефон не отключаем. Встречаемся в главке.

Он ободряюще хлопнул Стаса по плечу и направился к своему «Пежо», стоявшему среди множества других машин напротив здания прокуратуры. Холодный ветер швырнул ему в лицо дождевые брызги. Гуров поднял воротник плаща.

– Товарищ полковник! Лев Иванович! – неожиданно раздался за его спиной знакомый мужской голос.

Гуров обернулся. За ним по лужам вприпрыжку бежал Эдуард Петрович Гаврилов.