– Хорошо. Что делать, Нигль-И? То есть, что обычно делают в таких случаях?

– Стараются не заводить детей от женщин низких степеней развития.

– Совет хороший, но несколько запоздалый, – зло прокомментировал Креил. – Что-то еще?

– Вы должны поговорить с Советником Строггорном. Он передавал энергию Аолле, техника должна быть та же. Я вам плохой помощник.

– Когда он передавал энергию Аолле?

– Когда она вернулась с Ора, точнее, это когда мы ее вернули на Землю. Я ему объяснял, теоретически, что нужно делать тогда. Сейчас ситуация несколько другая, но делать нужно то же самое. Плохо, что придется это регулярно повторять. Я помню, у Строггорна была жуткая реакция, когда он понял, что придется делать.

– Нигль-И, когда Аолла была на Оре? – тихо спросил Креил.

– Вы не знали? Странно… Когда вы были больны, в коме. Аолла искала Странницу и ушла на Ор.

– И нашла? Раз я жив?

– Не нашла. Это было невозможно. Так можно было только погибнуть. В общем, мне пришлось снова обратиться за помощью. Когда ее нашли на Оре, она была практически мертва, в энергетическом смысле. Но у нас не было выхода, ее тело осталось на Земле. История эта могла закончиться плохо. Рисковали сразу все, и Странница тоже.

– Что со Странницей?

– Все в порядке, насколько это возможно. Она на Оре сейчас. Только теперь бы нам ее не вытащить. Ор бы не отпустил.

– А что с ней такое? Больна?

– Нет. Это особое физиологическое состояние. В общем, лучше, чтобы она была сейчас на Оре. Так всем спокойнее.

– Кто уговорил Совет Вселенной на мою операцию? Я слышал, что «кто-то». Он?

Нигль-И согласно кивнул.

– Кажется, мне с ним не расплатиться.

– Вам нужно сейчас думать не об этом, а как спасти ребенка и мать. Я так понимаю, вы не женаты, Советник?

– У этой женщины психическая зависимость от меня.

– Все равно придется жениться. Вы не сможете с ней иначе делать то, что нужно.

– А что нужно, ты ведь так и не сказал?

– Это будет похоже на половой акт, только не совсем обычный и вам придется изменить свое тело.

– И как это поможет передать энергию?

– Спросите Советника Строггорна, он все знает.

– У меня нет никакого желания его об этом спрашивать, у нас не те отношения сейчас, чтобы просить его помощь.

– Ну, тогда вам никто не сможет помочь. Я не шучу, это действительно так.

– Хорошо, – мрачно согласился Креил, наблюдая, как истаял на экране облик Нигль-И.

Креил нашел Аоллу в клинике генетической хирургии. Она работала, но при его появлении мгновенно отключилась от аппаратуры.

– Что стряслось? – спросила она быстро, поглядев на потерянного Креила.

– Мы можем поговорить?

– Сейчас? – она бросила взгляд на аппаратуру. – Хорошо, только оденусь. Подожди меня в кабинете.

Аолла появилась через минуту и села в кресло, тщательно избегая встречаться взглядом с Креилом.

– Почему ты мне ничего не рассказала? – после минутного молчания спросил Креил.

– О чем? – она так и не подняла на него взгляд.

– О том, что ты была на Оре, о том, что могла запросто погибнуть из-за меня, о том, почему снова сошлась со Строггорном, а я-то ломал голову, как же все это произошло? Много о чем.

– Что бы это могло изменить?

– Многое, очень многое, – он подошел и опустился на колени перед ее креслом. – Посмотри на меня, девочка, посмотри!

Аолла медленно подняла глаза.

– Все можно было бы изменить, я бы не отдал тебя так легко! Ни за что! А теперь…

– Мне это было не нужно, Креил, прости, ни ты, ни Строггорн. Это больно, я знаю, но…

– Ты не права, девочка, не права! Не будешь же ты целую вечность вспоминать кого-то, с кем случайно встретилась и, почти наверняка, никогда больше не увидишь? Нужно смотреть вперед! Строить свою жизнь. А со Строггорном… это невозможно!

– Он очень любит меня, Креил. Это правда.

– Я тоже тебя люблю!

– Не так. Поверь, не так. Может быть, ты и прав, со временем мы бы полюбили друг друга, хотя, это так странно. Мы ведь уже были вместе. Мне было так хорошо с тобой, спокойно… Только это не любовь, – в ее глазах блеснули слезы. Пелена дождя – образ обреченной печали – застыл в мыслях.

– Что ты хочешь сказать? – Креил поднялся с колен. – Ты любишь Рона? – он спросил это с легкой издевкой. – После нескольких встреч?

– Нет, конечно, – она поморщилась от его слов. – Ты прав, не люблю, но что-то такое… не знаю, просто не могу забыть. Ладно. Бессмысленный разговор. Ничего ведь не изменить? Слишком поздно, и я слишком устала.