Когда все это было одето, наряд дополнили длинные, до локтя, перчатки и аккуратные туфельки с бантиками впереди и бриллиантовыми брошами. На шею легло многоярусное ожерелье, оттенившее белоснежную кожу Тины, а в ушах засверкали длинные сережки.

Лао, придя за Тиной в палату, застыл на месте, не веря своим глазам, настолько она была очаровательна в этом тщательно подобранном наряде, с искусным гримом на лице и сейчас казавшимися огромными серыми глазами в обрамлении длинных пушистых ресниц.

Тина ловила его взгляд, пытаясь определить, какое все это произвело впечатление, но Лао только через минуту смог выдавить из себя:

– Тина, ты божественна! – он почему-то сразу вспомнил, какая скромная свадьба была у Креила первый раз, и какое простенькое розовое платье выбрала для себя самой Этель. Строггорн и Аолла вступили в брак на Дорне, а там вообще обходились без одежды. Лао подумал, что это всего лишь четвертая свадьба среди Советников, а Лао и Линган прожили больше пятисот лет – это безумно мало, и Этель правильно поступила, нарушив их традицию предельной скромности в такой редкий для всех день.

Лао поправил маску на лице, и осторожно взял Тину под руку. Этель набросила Тине плотную вуаль, пряча от возможных корреспондентов. Воздушное такси бесшумно взмыло вверх, неся их во Дворец Правительства Аль-Ришада.

Они вошли в огромный зал, Лао с Тиной впереди. В ослепительно освещенном зале стояла полная тишина. Их ждали только Диггиррен – в серебряной одежде Советника с длинным, до пола, плащом и высоких сапогах, и Жан Моррис, по такому случаю в бежевом костюме.

Тина растерянно оглядывалась, одна из огромных дверей распахнулась и вошла группа людей.

Строггорн, в одежде Советника, сияющей золотом, огромный Президент Земли, Линган, в голубом, со слепящим энергокристаллом на груди, и, наконец, Креил, одетый во все белое.

Его локоны, черные, тщательно уложенные, и смуглая кожа оттенялись белизной одежды, сверкающей бриллиантами и матово отсвечивающей жемчугом. Высокие белые сапоги с бриллиантовыми пряжками подчеркивали стройные ноги, плащ, волочащийся по полу, свисающий с одного плеча, дополнял его наряд, воспроизводящий одежду Советника, но вместо черного цвета Креила бывший белоснежным. Креил знал, что Лао будет в обычном костюме, так как не участвовал в официальной части церемонии.

Двери распахнулись и нарядно одетые люди начали заполнять зал, окружая красную дорожку к огромному креслу, на которое опустился Линган, дожидаясь, когда все разместятся и можно будет начинать церемонию.

Креил подошел к Тине, взял ее руку в свою и мысленно улыбнулся. Его глаза слегка блеснули в прорезях маски. Тина только почувствовала, как часто забилось сердце.

– Ты очаровательна, девочка, даже и под вуалью.

– Советник, почему мы должны прятать лица? – спросила Тина, крепко держа его за руку.

– Потому что полно корреспондентов и, хотя запрещено снимать, нельзя же было всех обыскивать. Можешь называть меня Креил?

– Я попробую.

Линган поднялся, кивнул, и сразу все затихли.

– Невеста и жених, – громко сказал он вслух. – Подойдите поближе.

На небольшом столике с правой стороны лежал подготовленный брачный контракт и книга регистрации браков. Строггорн стоял с левой стороны, держа поднос с кольцами, мягкая, негромкая музыка лилась в зал, придавая торжественность.

– Тина, вы ознакомлены с текстом брачного контракта? – спросил Линган.

– Да, – уверенно солгала Тина.

– У вас есть замечания, возражения?

– Нет.

– Тогда поставьте свою подпись.

Она послушно расписалась, Креил поставил свою подпись вслед за ней.

Линган зачитывал стандартную формулу брака, Тина и Креил ответили: «Да», Строггорн как опекун поставил свою подпись, Этель и Диггиррен заверили как свидетели.

Креил осторожно одел кольцо Тине на палец, ее рука дрожала, и он подбадривал ее улыбкой.

А потом посыпались поздравления. Гора цветов и подарков вырастала рядом с ними. Оказалось, что эти незнакомые люди – представители правительств стран всего мира. Они брали тонкую руку Тины, осторожно прикасались губами и говорили поздравления.

Когда Тина почувствовала усталость, ей принесли кресло, обитое красным бархатом, и она продолжала принимать поздравления сидя.

Как ни старался Линган, официальная часть закончилась лишь через три часа.

Потом Креил и Тина шли по дорожке, утопая в лепестках роз. Для Тины все было как в тумане, Креил старался крепко держать ее под руку, опасаясь, что она в любой момент потеряет сознание. На взлетной площадке их ждало разукрашенное такси и толпа корреспондентов, с трудом сдерживаемых охраной.