– Здравствуйте, Аолла ван Вандерлит, – раздался телепатический голос совсем рядом, но при этом в рубке никого не появилось. Дирренгане удивленно оглядывались, пытаясь понять происхождение голоса и увидеть его хозяина, который телепатически воспринимался каким-то огромным парящим в воздухе существом. – Я обязательно материализуюсь, если вы обещаете вести себя разумно.

– Почему я должна вести себя неразумно? – удивленно воскликнула Аолла, не понимая, какому такому существу она могла так «насолить», что теперь оно ее боялось.

– Я – Нигль-И, директор клиники Роттербрадов, – представилось невидимое существо.

Аолла почувствовала, как в душе мгновенно возникло негодование, которое она с трудом подавила, но Лейла, ее несчастная дочь, искалеченная этим существом, так и осталась в мыслях.

– Так вы сможете вести себя разумно? – повторило вопрос существо.

– Материализуйтесь, я обещаю вести себя разумно, – Аолла с трудом справилась с собой, подумав, что время для выяснения отношений еще найдется.

Нигль-И появился в рубке корабля, неестественно улыбаясь и пристально наблюдая за реакцией Аоллы, а та, хоть и знала его облик от Лейлы, изумленно замерла, пытаясь не утонуть в его изумрудно-зеленых глазах.

– Теперь понимаете вашу дочь? – Нигль-И расслабился. – А я понимаю всех мужчин, которые в вас безумно влюбляются, Аолла. Вы действительно невероятно красивая женщина.

– Не надейтесь Нигль-И, что ваши комплименты и внешность заставят меня забыть о том, что вы сделали с Лейлой!

– Я и не надеюсь, но, поверьте, я не хотел ей плохого.

– Вы не думали, что она могла умереть? Или это такая странная любовь, которая допускает смерть любимого из прихоти?

– Это не прихоть. – Нигль-И нахмурился. – Если бы я этого не сделал, никогда бы Лейла не смогла стать существом больших степеней сложности. А ведь сделали это в последней момент. Как мать, вы должны быть благодарны мне…

– Благодарна? – Аолла задохнулась от гнева. – За то, что вы чуть не убили ее?

– За то, что теперь она не умрет очень долго, не будет стареть, сможет узнать другие миры и много– много еще чего.

– Я не буду с вами спорить только потому, что вы можете помочь Креилу. Но это не значит Нигль-И, что мы станем друзьями.

– Я на это не рассчитываю. – Нигль-И обернулся к дирренганам, объясняя, как подойти к клинике и состыковаться с ней.

Аолла сидела в самой обычной земной гостиной в своем земном облике. Креила увезли на обследование и лечение, а ей Нигль-И сказал перейти в земной облик. Почему– то он был уверен, что удастся вернуть Креилу человеческий вид.

Помещение, которое им предоставили, напоминало обычную большую трехкомнатную квартиру. В одной спальне была установлена сложная аппаратура, а другая была совсем обычной, с двуспальной кроватью посередине. Аолла с трудом могла поверить, что находиться в глубоком Космосе, очень далеко от Земли, так точно была воспроизведена земная обстановка.

Клиника Роттербрадов состояла из многочисленных секторов с различной атмосферой, но Аолла могла достаточно спокойно переходить из одного в другой, если это была Трехмерность. Более высокие мерности были закрыты от нее необходимостью прохождения многодневной регрессии в соответствующее тело.

Аолла первое время ходила по бесконечным коридорам, но скоро заметила, что частые переходы из одного облика в другой невероятно утомительны и стала большую часть времени проводить в своем помещении, которое она сразу про себя назвала квартирой.

Нигль-И появился через три дня, как сразу показалось Аолле, – расстроенный. За ним въехали носилки, накрытые простыней, оставляя открытым только лицо человека – такое родное и знакомое лицо Креила. Аолла радостно вскрикнула, почти подбежав к носилкам и вслушиваясь в родную телепатему: Мужчина в черном в сияющем вихре.

– Вы смогли вернуть ему человеческий облик! – Ее просто захлестывало счастье, но, посмотрев в лицо Нигль-И, она сразу поникла. – Что не так?

– Пока мы вернули ему облик, но он не приходит в сознание.

– Почему?

– Мы думаем, что те препараты, которые достаточно эффективны, чтобы вернуть ему земной вид, вызывают сильную боль. Мозг просто отключается от этого.

– И что же делать?

– Пока мы решили его оставить здесь. Аппаратура будет следить за его состоянием, пока мы что-нибудь не придумаем. – Он на секунду отвлекся, легко подняв Креила и перекладывая его на кровать.

У Аоллы было чувство, словно что-то навалилось, тяжелое, как огромная плита, и придавило, так что почти невозможно стало дышать. И еще она почувствовала в воздухе странный приторный запах.