Шрифт:
— Макс обаятельный, ответственный, у него есть все достоинства, — сказала она, пристально глядя, как пенится в ее бокале шампанское.
— Он идиот! Вэл, Вэл, что ты делаешь?
— Я знаю, что делаю. И это касается только меня.
— И еще меня, потому что я хочу быть с тобой.
— Все было и прошло.
— Было, но не прошло, милая моя. Вэл, ты хоть осознаешь, до чего ты красива? Твоя новая прическа делает тебя похожей на озорную инженю.
Тил говорил несколько минут, демонстрируя свойственную ему наблюдательность, что делало его совершенно неотразимым собеседником, и Вэл вздохнула. Как хорошо быть рядом с по-настоящему живым мужчиной. Ностальгия по давно ушедшим дням захватила Вэл словно назло ей самой. Обаятельный и безнравственный Джек Тил…
Лучший друг Дэвида и причина его смерти.
Он поднял свой бокал.
— За нас! — негромко провозгласил он. — За все, что было, и за все, что может быть!
Вэл сделала глоток шампанского, улыбнувшись нахлынувшим воспоминаниям. Джек, разбивший новую машину, Джек, выигравший гонку, Джек, проигравший гонку, Джек празднующий. Поводом для празднования было все. В любой час дня и ночи он появлялся на ее пороге с неизменной бутылкой шампанского и орхидеями.
Когда в зал вернулся Макс, он нашел Вэл танцующей с Джеком Тилом. Он встал рядом с Селиной, наблюдая за ними, и даже его невзыскательному глазу было видно, что это великолепная пара. Глаза Вэл были полузакрыты. Шампанское разрумянило ее щеки. Она танцевала, будто растворившись в музыке и отдавшись партнеру, который, совершенно очевидно, прекрасно знал ее.
— Кто это с Вэл? — спросил Макс Селину.
— Мистер Тил, он пришел с теми гостями, которые опоздали. Он старый друг миссис Проктор.
Когда музыка смолкла, Вэл заметила Макса и, подойдя к нему, представила мужчин друг другу.
— Джек был другом Дэвида… моего мужа, — объяснила она. — Мы очень давно не виделись.
Макс заговорил с Джеком Тилом, с любопытством наблюдая за Вэл. Она лучилась радостью, словно бриллиант в солнечных лучах, и он подумал, что, видимо, с Тилом у нее связаны лишь очень приятные воспоминания.
Начался последний танец, и Макс пригласил Вэл:
— Пойдем, Вэл? Мы ведь за весь вечер танцевали только раз.
— Прости, — извиняющимся тоном попросила она. — Время пролетело так незаметно.
— Я рад, что ты нашла партнера, умеющего танцевать, — просто ответил он. — Наблюдать за вами — одно удовольствие. Скажи, если я наступлю тебе на ногу.
Джек Тил пристально посмотрел на них, потом вежливо обратился к Селине:
— Позволите?
Ей танцевать с ним не понравилось. Он выделывал ногами что-то замысловатое, но как-то безлично, слишком профессионально. Селина спотыкалась, ей было не по себе, и она была очень рада, когда танец наконец закончился.
— Он идиот, — уходя, шепнул Тил на ухо Вэл. — Я зайду завтра.
— Нет, Джек, — быстро сказала она, но он лишь улыбнулся и уже из дверей послал ей воздушный поцелуй.
Глава 9
Банни Ван Ройдон приехал в понедельник, и Селина очень обрадовалась ему. Молодой человек был хорошей поддержкой. Он был обаятелен, неутомим и умел со всеми найти общий язык. С его приездом участились пикники и экскурсии. Он завоевал любовь американцев как прекрасный организатор различных увеселительных и развлекательных мероприятий. Он активно помогал Селине устраивать теннисные турниры, соревнования по плаванию, прекрасные экскурсии по близлежащим интересным местам.
Первая неделя августа принесла с собой новую волну желающих хорошо отдохнуть, так что отель был забит гостями до отказа.
— Старина Макс, должно быть, сколотил состояние за это лето, — заметил Банни Селине. — Цены у него запредельные, а отель полон.
— Расходы у него тоже запредельные, — сказала Селина, которая все еще испытывала благоговейный страх, когда думала, во сколько обходится содержание «Барн-Клоуз». — Здесь все должно быть первоклассным. Морри говорит, что это вообще не отель, а временный дом.
— И ведь она права. — Банни с удовольствием и благодарностью оглядел прохладный вестибюль, со вкусом обставленный превосходной мебелью. Таким вполне мог быть вестибюль какой-нибудь частной загородной резиденции, которая обустраивалась не для одного поколения семьи. — Это место вполне могло бы стать настоящим хитом в Штатах. Американцы много бы заплатили, чтобы пожить среди всех этих старинных вещей и поесть из серебряной посуды времен Георгов. Необычное хобби для людей типа Макса.