Далее обсуждение тактик повседневного поведения родителя может идти по разным направлениям. В частности, целесообразно говорить о том, что: 1) прямое воздействие неэффективно, особенно когда оно базируется на негативных примерах и высказываниях; 2) поведение родителей, когда оно воспринимается и ощущается как давление, чаще всего вызывает не подчинение, а сопротивление, негативизм, то есть результат, обратный желаемому; 3) давление и контроль приводят лишь к одному – отношения с ребенком портятся, приобретают тот нежелательный характер, из-за которого, собственно говоря, они и обратились за помощью. Вероятность же того, что на фоне плохих отношений можно будет что-то объяснить, заставить делать, воспитать, практически равна нулю.

Говоря о неэффективности таких форм родительского контроля, ни в коей мере нельзя забывать проблему отношения родителя к своему ребенку. Без этого главный запрос клиента не будет удовлетворен – отношения не будут налажены.

Чрезмерно опекающему тревожному родителю очень важно понять, как в его отношениях с ребенком проявляется гиперопека, почему те или иные «добрые» намерения подавляют, а не помогают, как жить без контроля, постоянных напоминаний, указаний, запретов. На этом этапе консультанту приходится не только работать с первоначальным запросом клиента, но и решать новые проблемы, связанные с необходимостью заменить старые способы поведения на иные, более гибкие и адекватные отношения со взрослым человеком.

Начало стратегическим изменениям в отношениях ребенка и родителя могут положить следующие тактические шаги.

Акции доверия. Они особенно ценны тогда, когда в отношениях ребенка и родителя есть несогласие (барьер), служащее поводом для многочисленных ссор и конфликтов и при этом достаточно четко и однозначно очерченное. Важно, чтобы это выглядело не как подачка со стороны родителя или неодобрение типа «Делай как знаешь!», а именно как проявление доверия, как свидетельство иного, более зрелого и уважительного отношения к ребенку. Конечно, акция доверия эффективна только в том случае, если, заявив о чем-то, родитель никогда не отступит от своего решения, но это должно быть понятно и самому клиенту.

Разговор о собственных чувствах и переживаниях. Эта задача несколько более сложная хотя бы потому, что, прежде чем родитель начнет выражать свои чувства ребенку, он должен сам постараться в них разобраться. Для этого консультант должен провести специальную работу: выявить, что скрывается за родительской чрезмерной опекой. Но чаще всего, в силу ограниченности формата консультирования, эти вопросы трудно проработать. Поэтому лучше ориентировать родителя на поведенческие изменения, которые компенсируют родительскую тревогу и потребность в контроле, чем начинать глубинный анализ без возможности его успешно завершить. Таким важным поведенческим изменением является переориентация родителя с постоянного контроля на проявление собственных чувств и переживаний, связанных с ребенком, которые неадекватно выражаются через гиперопеку. В ходе беседы с клиентом уместно не просто обсудить проблему чувств, но и рассказать о том, почему так необходимо ими делиться с окружающими, и дать почувствовать, что значит выражать чувства.

Организация доверительного разговора. Изменение отношения – необычайно сложный процесс, поэтому часто нужно немного форсировать переориентацию клиента, предложив ему доверительно поговорить с ребенком. Цель такого разговора – показать ребенку, что отношение к нему изменилось, постараться выйти на уровень более глубокого, чем раньше, контакта и взаимодействия, рассказав о себе, о своих чувствах и переживаниях, в основе которых лежит беспокойство, тревога и любовь к ребенку. Такой разговор, в котором оба – и родитель, и ребенок – имеют возможность покаяться в своих «грехах», приоткрыть душу, избавиться от накопившихся обид и претензий, может оказаться важной вехой в их взаимоотношениях.

Дальнейшая работа с клиентом зависит от того, насколько реальны его страхи и опасения. Если оснований для них нет, значит, причина обращения к психологу чаще всего связана с проблемами самого клиента, жалобы же на детей в такой ситуации играют роль социально приемлемого повода попросить помощи. Но прежде чем пытаться выйти на проблемы самого родителя, необходимо завершить тему ребенка, выяснив, не связано ли обращение к психологу с реальными проблемами и сложностями ребенка, которые действительно в той или иной мере требуют вмешательства и помощи родителей.

Психолог может констатировать по крайней мере три момента, затрудняющие оказание психологической помощи: 1) нельзя быть уверенным в том, что эта проблема актуальна и для ребенка, а не только для родителей; 2) клиент не пользуется таким авторитетом, чтобы его совет или помощь действительно помогли изменить ситуацию; 3) у консультанта нет возможности вступить в контакт с человеком, на чью жизнь ему предлагается повлиять. Озабоченность, включенность клиента в дела другого, пусть даже этим другим является собственный ребенок, подозрительна: соответствует ли истинная причина прихода жалобам клиента? Задача консультанта при таком варианте обращения – перевести разговор на более глубокий уровень, найти иные, часто неосознаваемые или не упомянутые клиентом причины прихода. Выйти на этот уровень можно, используя: а) факты из рассказа клиента; б) определенные приемы ведения беседы; в) мнения о клиенте детей или другого супруга. В конечном счете может оказаться, что в основе обращения лежат проблемы самого клиента. Среди них можно выделить следующие:

1. Ощущение пустоты, ненужности, неумение распоряжаться своей жизнью, чувство обиды на окружающих и детей («Вот, состарился, никому не нужен»);

2. Ощущение нереализованности, неудачливости и проекция этих страхов на детей («Пусть они не повторят моих ошибок»);

3. Ощущение родительской некомпетентности, вины перед ребенком за просчеты в воспитании, за дефицит внимания к нему в детстве, попытка это компенсировать;

4. Более глубокие личностные проблемы, страхи и т. д.;

5. Переформулирование проблем клиентов таким образом, что локусом их беспокойства становятся не их дети, а они сами, – важный шаг в процессе работы. При этом у человека ни в коем случае не должно создаться ощущение, что его заставили сознаться, зачем он пришел.