Алмаз изредка переводил взгляд на очкарика, на карачках ползающего вдоль стен: и - чуть ли не обнюхивающего каждый угол. Потом печально вздыхал и, снова глядел в потолок.

Книжник угомонился только через час с хвостиком, когда окончательно убедился, что единственный выход отсюда - через ту самую дверь, через которую они сюда и попали.

– Не нашёл?
– Алмаз оторвался от созерцания потолка и, задумчиво посмотрел на присевшего напротив него, книгочея.
– Хорошо искал?

– Хорошо.
– Очкарик принялся старательно отряхивать штаны на коленях, гарантированно собравшие как минимум - пятьдесят процентов пыли, имеющейся в этой "темнице не сырой".
– Придётся ждать вечера. Ничего не попишешь...

– А ты ещё потолок не обследовал.
– "Стеклорез" показал взглядом вверх.
– Есть у меня подозрение, что наше спасение - только там. Особенно внушает надежду - во-он тот кусок, чуть-чуть левее лампочки... Сдаётся мне, там всего-то - ноготком с ленцой поковырять и, откроется выход из заточения подземного. Главное, чтобы там сверху - сортира не оказалось. А, то - конфуз образуется. Займёшься? Я тебя подброшу, а дальше - сам как-нибудь... Никогда не мечтал утереть нос, Человеку-Пауку?

Книжник стрельнул в его сторону, взглядом - преисполненным вселенского терпения и прощения, относительно несознательности некоторых личностей, пытающихся хохмить над общей проблемой.

Алмаз сделал невинное лицо, и повернулся набок, устраиваясь поудобнее. Наше дело - предложить... А ваше, думать - что хотите.

Очкарик почистил одежду и, тоже прилёг; спустя несколько минут - его глаза закрылись сами собой.

– Встать!
– Дверь в узилище, распахнулась со звуковыми эффектами: вытряхивая четвёрку из мира сновидений.
– Выстроиться лицом к стене, руки - на стену. Если хоть кто-то не подчиняется, через полминуты - открываем огонь на поражение. Время пошло!

Лихо спокойно открыла глаза, как будто ждала этого приказа - с момента, как только заснула. Рядом поднимался с топчана Шатун. Отчаянно зевая, спускал ноги на пол Алмаз. Книжник очумело ворочался на своём месте, отказываясь понимать - что, куда, почему; и далее - по списку. Чёрному.

Громила плавненько переместился в его направлении и, уцапал сонного очкарика подмышками. Держа его на весу, быстренько шагнул к озвученному ориентиру, где уже стояли блондинка со "стеклорезом": как и было велено - упирающиеся ладонями. Поставил Книжника рядом с собой, и отвесил ему невесомый подзатыльник, призывая очухиваться в отведённый срок.

Очкарик очухался, потому как градации "невесомости" - у Шатуна, и - у него; несколько отличались. Голову не оторвало, но окончательное пробуждение - наступило тотчас же.

– Выходим по одному! Только по команде! Руки держать за головой! За один шаг до двери - повернуться задом, не убирая рук с шеи. Сука - пошла!

"Если получится, я тебе за "суку" незабываемых впечатлений подгоню...
– Блондинка нашла взглядом командующего субъекта, лысая черепушка которого - была несимметрично покрыта небольшими буграми; а на месте носа - красовалось подобие свиного пятачка, только грязно-бурого колера.
– Попадись только. Коррекция черепа - обеспечена. Любым подходящим предметом...".

Лихо сцепила руки за шеей - в замок и, пошла к двери. Не доходя до неё, сколько было велено, повернулась. Повторились уже знакомые манипуляции, тело активно запротестовало против принятия позы, стоящей примерно на одной ступени - с общеизвестной буквой "зю"; но, кто будет интересоваться - хочешь ты этого, или - нет?

Подвальный коридор, лестница вверх, непрекращающееся броуновское движение впечатляющего количества мутантов в помещении, через которое блондинку - повели на улицу.

Знакомый "Лэнд Ровер", разве что - без рыжей Виктории на переднем сиденье. Зато - со Сфинксом, спокойно восседающим за "баранкой". За умеренно тонированными окнами внедорожника - было почти темно. Парочка конвоиров - осталась всё та же, продолжившая нести службу с прежним рвением. Лихо непроизвольно охнула; плечами её сдавили с удвоенным старанием.

– Полегче.
– Белобрысый мазнул взглядом по зеркалу заднего вида.
– Она должна быть в кондиции, иначе - Молох вас, вместо неё - в аттракцион приспособит.

Двусторонний "пресс" - мгновенно ослаб; не до полной расхлябанности, но всё же... Лихо перевела дух: одновременно начиная прикидывать интимного - к обонятельному. Слово "аттракцион", нет - даже не само слово, оброненное Сфинксом; а - однозначная реакция вертухаев, явно шуганувшихся намёка на то, что возникает вероятность поучаствовать в нём: не прибавляла оптимизма, по поводу дальнейшей участи четвёрки.

"Не удивлюсь, если у них - целый парк развлечений имеется...
– Блондинка постаралась не отсвечивать эмоциями, но внутри - что-то ёкнуло, тягостно заныло.
– И, вряд ли - нас запихнут на колесо обозрения, в качестве бесплатной рабсилы, которая приводит эту махину - в движение. Кручу-верчу, надорваться хочу. Что-то непривлекательное в этом "аттракционе" - безусловно присутствует, ишь - как этих чертей от меня отбросило; не хочется им туда, прямо со смазливых мордашек сбледнули скоропалительно...".