– Но… у нас там, в основном, авиация, мой Фюрер. Я весьма польщен, но это все же несколько не по моей части. Почему я, а не кто-то из ведомства Геринга?

– Ну, вы скромничаете.
– улыбнулся Гитлер.
– Насколько я помню, с октября шестнадцатого и по август восемнадцатого года вы служили в штабе военно-воздушных сил Германии.

– О, когда это было, герр рейхсканцлер?

– Тогда же, когда Геринг воевал в воздухе.
– спокойно ответил Гитлер.
– Кроме того, мы уже провели консультации с союзниками, они готовы подчинить все имеющиеся войска в западной Турции нашему, немецкому генералу. Да и некоторое количество сил из состава ОКХ планируется отрядить именно туда. Так что вы мне ответите, на мою просьбу, генерал-полковникГот?

Окрестности города Мерзифон (Турция)

19 марта 1940 г., 11 часов 57 минут

Макс-Гюнтер Шранк вышел из палатки радистов, и мрачным взглядом уставился на стоящего неподалеку фон Берне.

– С-союзн-нички… - зло, сквозь зубы, процедил майор.

– Что, нас опять передислоцируют?
– удивился оберлейтенант.
– Теперь куда? На Кавказ?

– Шуточки все шутишь?
– у Шранка дернулась щека.
– Ну-ну. Шути. Я погляжу, как ты будешь шутить, когда тут будет неприятель. А будет он скоро.

– Да что случилось-то, герр майор?
– опешил от этакой резкой отповеди Дитер.

– А ничего хорошего.
– отрезал комбат.
– Турки с румынами налетели на врага под Чорумом. Хотя… Скорее это на них налетели. Развернутыми порядками на колонну. Кого сразу танками не раскатали, те пытаются оборону организовать. В общем, избиение младенцев там сейчас происходит. Дэскелеску (12) убит, Февси тяжело ранен… Эти героические военачальники умудрились оказаться в самом авангарде колонны. Личным примером войска воодушевляли. Воодушевили, иху мать!

– А кто ж там сейчас командует?
– изумился фон Берне.

– Хороший вопрос, оберлейтенант.
– Шранк зло сплюнул и извлек из нагрудного кармана портсигар.
– Не знаю. Похоже, что никто не командует. В эфире сейчас сплошные призывы о помощи и противоречивые приказы на турецком и румынском языках.

– Значит, скоро начнут драпать.
– мрачно заключил командир второй роты.

– Они бы может и рады.
– майор прихватил губами папироску и начал хлопать себя по карманам, разыскивая спички.
– Только тылов у них тоже уже нет. Франко-британская авиация оч-чень плотно по хвосту колонны сейчас работает.

– А… наша авиация?

– Была.
– Шранк наконец обнаружил искомое и закурил.
– Цельных шесть румынских Не. 112 и два IAR-80, да пара турецких PZL P.24. Половина из них сейчас догорает на земле, вторая половина героически удрала. А ты чего ожидал, Дитер? Что их прикрывать целый воздушный флот пошлют? Так что, вскорости жди в гости супостата. Турок, и тех румын, что успели отправиться на юг, раскатают до конца дня.

– До конца дня? Почти полную дивизию турок и полдивизии румын?
– усомнился фон Берне.

Майор, попыхивая папиросой, поглядел на него с легким прищуром.

– Хочешь пари?
– спросил он.

Центральная Турция, между горой Готрак и озером Эбер

19 марта 1940 г., 13 часов 41 минута

Авиаторы устроили в воздухе смертельную пляску, полосуя небеса огненными трассами очередей. Турки, венгры, румыны, югославы и русские отчаянно рвались к бомбардировщикам и штурмовикам врага. Большая часть англо-французских бомбовозов вынуждена была отвернуть обратно, не особо полагаясь на истребители сопровождения, и только два французских Pz-633 смогли сбросить свой груз на позиции оборонявшихся.

Едва улеглась пыль от взрывов бомб (не так чтоб очень точно легших на позиции 1-ой моторизированной бригады Венгрии, державшую оборону на этом участке, но и не то, чтобы совсем оставившие ее без потерь в личном составе), как на вершине расположенного в километре от окопов пригорка неторопливо начали появляться танки врага: один Mk.VI «Crusader», один французский AMC 34, два Mk V «Covenanter», пять Mk VII «Tetrarch» и четыре пулеметных двубашенных Vickers Mk E. Последние были покрашены в камуфляж как-то наспех, и из-под него явственно проглядывали опознавательные знаки Вооруженных Сил Бразилии - президент Ваграс, заимев от Германии недостроенный «Лютцов», решил озаботиться вооружением и сухопутных сил. Увы, получить свой заказ в два десятка «Виккерс-шеститонный» ему было не суждено из-за начавшейся войны.

Для стрельбы из танковых пулеметов, да еще на ходу, было далековато, однако то один, то другой из танков, двинувшихся вперед, периодически останавливался на три-пять секунд, глухо ухало башенное орудие, и в расположении венгров, когда с перелетом, когда с недолетом, а иной раз и точно в траншее, с грохотом вспухал невысокий столб земли и огня. Двигающиеся под прикрытием брони британские пехотинцы тоже реденько постреливали из винтовок в сторону врага, но в целом предпочитали не высовываться.