– Итак, перейдем сразу к делу... – полковник дал команду на включение объемной карты. Перед ними вспыхнул сферический экран, осветив комнату белым молочным светом.

– Для начала глянем на всю зону карантина, – экран тут же сменил окраску и выдал зрителям карту района.

– Вот здесь и здесь, – полковник протянул руку к экрану, – были засечены первые столкновения с этим хищником.

На карте ярко заморгали две красные точки.

– Затем был найден еще один труп, вот здесь, – рука полковника очертила дугу, уходившую в горную цепь в форме подковы.

– Судя по отчету, это были даже не трупы... – заметил следопыт.

– Да, мы нашли лишь клочки одежды, кровь, часть головы...

– Бр-р-р, – тряхнул плечами лейтенант.

Полковник глянул на подчиненного быстрыми карими глазами и продолжил:

– Я поставил ограждение вокруг деревни, а выход из ущелья контролируется автоматическими пушками. В радиусе двух километров объявлен карантин.

– То есть меня могут элементарно пристрелить, если я сейчас пойду в горы?

– Нет, ну что вы! – Оймен усмехнулся, не отрываясь от карты. – Пушки по людям не бьют.

После этих слов воцарилась тишина. Было слышно, как за стенкой мерно гудит какой-то агрегат.

– Сколько человек вы мне дадите? – спросил Савва после небольшой паузы.

– Не знаю даже... – военный администратор сменил карту на какую-то таблицу. – У меня сорок патрульных групп, и каждый человек на счету.

– Мне будет достаточно трех-четырех крепких ребят.

– Сойдемся на двух.

– Пойдет.

Следопыт был рад даже такому исходу торга. По правде говоря, он боялся, что ему и вовсе не дадут людей.

Не медля ни минуты, полковник вызвал на экран список личного состава.

– Сейчас в нашем распоряжении девять человек, – одними глазами он приказал визору выделить имена в отдельный блок. Затем, напротив каждого имени появились цветные графики физических и моральных качеств бойца.

– Демоны, – поморщился полковник, оглядывая список. – Как назло, одни сверхсрочники.

– Не жадничайте, господин полковник, – Савва пытался пристроиться к голосу военного администратора. Он всё еще боялся, что полковник передумает давать ему людей.

– Да мне не жалко... – пробормотал Оймен, изучая цветные транспаранты. – Вам бы не пожалеть!

– Я справлюсь, господин полковник.

– Тогда получите-ка вот этого, и этого, – полковник едва повел бровью, а экран уже принял его команду и убрал весь список, оставив двух человек.

– Два ефрейтора, – проговорил Савва, разглядывая объемные фотографии своей будущей команды.

– Только у меня просьба к вам, – полковник повернулся к следопыту. – Верните мне этих ребят живыми.

Савва растерялся от такой просьбы, но эмоций своих не выдал.

– Конечно, господин полковник.

Оймен поднялся со стула, потянулся и пару раз качнул торсом, разминая тело.

– Ну, на том и порешили.

– Еще мне нужен ваш аналитик, – сказал Савва, поднимаясь вслед за ним.

– Беррум, позови аналитика!

Офицер кивнул и выбежал за дверь.

– И пусть принесут кофе!

– Есть! – раздалось за дверью.

– Кстати, следопыт, вы женаты? – полковник медленно прошелся по комнате.

– Да.

– Дети есть?

– Да, мальчик и девочка.

Военный администратор снова опустился на стул, закинув ногу на ногу. Пару раз качнул блестящим начищенным сапогом.

– Ну и сидели бы себе в своей столице, зачем вам это?

Следопыт почему-то ожидал такого вопроса. Когда двадцать минут назад он вошел в помещение военного склада, где Беррум подбирал ему постельные принадлежности, то увидел в углу стопку солдатских касок. Обычные титановые каски, потертые, с нацарапанными именами владельцев, с искусно выгравированными фигурками голых женщин и всякой другой ерундой. Глядя на них, он впервые почувствовал, что над этим местом определенно витает дух горя и человеческих потерь. Это сродни угнетающему запаху тлена в доме умершего, где в соседней комнате лежит забальзамированный мертвец. Взрослые никогда не чувствуют запах мертвечины, тщательно уснащенной маслами. А дети, с их тонким чутьем, всегда пугаются этого тоскливого смрада, вытекающего из дверной щели и заполняющего собой весь дом.

Савва тогда наклонился и посмотрел на ремешки. Было видно, что каски тщательно почищены, но запах крови и разорванного эпителия все еще присутствовал в воздухе.

– Я не собираюсь геройствовать, – сказал он спокойно.

Полковник кивнул, и не стал дальше развивать эту тему. Они сидели молча, пока не вошел вестовой, держа в руках поднос с кофейником и маленькими ручными термосками. К каждому термоску была прилажена откидная крышка, где лежало печенье.

– Наверное, вы не пьете крепкие напитки, но этот кофе довольно слабый, попробуйте, – предложил полковник.