Неуместный шорох в ушах, не имеющий источника:

«Отличное исполнение, Плеть. Ты близка к совершенству».

Неуместный. Лишний. Нарушающий установившийся внутри покой…

Покой?!

«И, кстати, — ненужным уже подтверждением прошелестело в ушах, — последнюю минуту я не слышал от тебя ни единой громкой мысли».

Кимара вздохнула, убирая хиртанге обратно в ножны.

— Не могу же я, — проворчала, — всё время делать комплексы!

«Верно, не можешь. Но ты можешь поддерживать такое же состояние духа-разума, как во время их выполнения, занимаясь обычными делами. Я верю: у тебя получится. Ведь добиться внутреннего молчания куда сложнее, чем просто увеличить его продолжительность…»

Тебе-то откуда знать? — уже по инерции, скорее с любопытством, чем со злостью.

«Хорошее знание теории имеет свои преимущества. И ещё. Если… нет, не если — когда ты добьёшься неколебимого спокойствия духа в любой момент времени… ты станешь мастером боя. Ничто не застанет тебя врасплох, ничто не выведет из равновесия. Ты укротишь не только свой язык, но и свою суть. И тебе до этого осталось всего ничего… завидую!»

Кимара замерла.

Ты… серьёзно?

«Я не настолько хорош в магии разума, чтобы лгать мыслью. Или ты не ощущаешь моей искренности?»

Я… я ощущаю… но…

«Прими стойку „всадника“ — без оружия!»

Она повиновалась. И тотчас ощутила, как успокаиваются волны, нарушившие гладь Вод-Что-Внутри. То, что Ложка… Иан-па назвал «неколебимым спокойствием духа» — вернулось.

Быстро и естественно.

«Да. Всего ничего. Каких-то полшага по Тропе Воина, не больше. Сенфар — идиот!»

Сенфар?

«Ты его якобы труды не читала, и не много потеряла, как по мне. Этот слепой тупица, философ криводумный, среди прочей мути писал, что женщина якобы не способна двигаться по Тропе Воина… потому что бла-бла-бла и бу-бу-бу. Шовинист недобитый!»

Знаешь, ты тоже забавно ругаешься.

Ответом ей стал мысленный смех — на удивление звонкий и заразительный. Кимара сама не заметила, как её глаза заискрились весельем, а губы изогнулись, пытаясь улыбнуться.

Впервые за… когда она последний раз улыбалась? Сходу и не вспомнить…

«Так. А теперь, пока лишнее не вылезло из тёмных щелей разума снова, марш вперёд. Вы ведь хотели посмотреть, как я магией швыряюсь? Присоединяйся, будет весело».

Впереди, на близкой уже поляне, что-то громко и странно затрещало. Серые глаза Кимары, всё ещё хранящие отсвет молчаливого смеха, поймали иссиня-белые вспышки, осветившие листы коричника, тёмные оголившиеся ветви, бугры корней… резкий свист и глухой стук — несколько раз подряд. И — беззвучное яркое зарево, потревожившее лесные тени…

Что это за магия? Что за стихия? Неужели… свет?

«Давай попозже поговорим, хорошо? Я тут как бы сконцентрироваться пытаюсь…»

Плеть слегка нахмурилась, но всё же зашагала в сторону поляны.

…спустя почти час они — уже всей группой, вчетвером, за исключением одного только куратора — шли уже знакомой тропкой в направлении Архива. Причиной были рассуждения мага:

— Считается, что в испытательный рейд мы пойдём неизвестно куда. Это должно морально подготовить будущих Охотников к неожиданностям. «Остерегайтесь стоборов» и всё такое.

— Стоборов? — вставил Губа.

— Это такие хищные звери. Впрочем, не всегда именно хищные и даже именно звери… в сущности, стобор — это самое опасное, что может встретиться на пути и чего действительно надо опасаться. Естественно, что для разных мест и обстоятельств стоборы разные; кстати, в наших условиях, на базе гильдии, стоборами являются люди — как источник наибольшей опасности. И нечего так на меня смотреть! Не клатром же бояться, когда рядом с нами ходят Шинемур, Наэли и даже, подумать жутко, сам Керм Пекло! Но я не об этом. Итак, нельзя знать заранее, куда именно куратор поведёт нас. Но вот предполагать очень даже можно — ведь нам известны некоторые граничные условия. Основное из них таково: это должны быть Тёмные Земли, в которых новички при должных стараниях могут продержаться месяц и даже более. Есть также условие неявное: до означенных Тёмных Земель не должно быть слишком уж далеко. Надо объяснять, почему?

— Никак нет, саорэ маг! — дурашливо проорали хором Штырь и Губа. Чем вызвали у Плети ещё одну улыбку — правда, совсем слабую.

— Прекрасно. Зачёт на сообразительность сдан, идём дальше. Какие Тёмные Земли есть у нас под боком? Ученик Штырь!

— Певчие Пещеры, Лысое Пепелище, Болотища и Косолесье. А ещё Химерник, что под Гордой, и та безымянная, что к северу от истока Фли. До остальных больше недели топать.

— Плохо, ученик Штырь.

— Почему?

— Ещё одну безымянную забыл, — влез Губа. — Ту, что за Мокрым Станом.