— Они и правда обошлись со мной несколько грубо, но я… видите ли, я убегал, и они слегка не рассчитали свои силы. У меня в сумке ананас, и… я не хотел им его показывать. Так всё и началось.

Робот поднял глаза к небу.

— Я должен вызвать старшего по званию. Объясните всё ему.

Гэвин растерянно пожал плечами, глядя на мародеров. Он понял, что означает этот жест. Человек-поли-цейский непременно проверит, знают ли они имена и адреса друг друга и прочие вещи, которые полагается знать друзьям, и версия Гэвина тут же затрещит по швам.

Неожиданно Игрек шагнул вперед.

— Я робот? — спросил он.

— Да, — ответил полицейский.

— Роботы лгут?

— Нет.

— Значит ты поверишь мне, если я скажу, что мальчик говорит правду?

— Да.

— Мальчик говорит правду, — сказал Игрек.

Сверху спикировал мобиль. Оттуда вышла женщина-полицейский в сопровождении мужчины в штатском.

— Отличная работа, П-7, — сказал мужчина роботуполицейскому.

Он обвел взглядом мальчиков, заметил ссадину на щеке Гэвина и кивнул на двух мародеров.

— Это те самые?

— Боюсь, сэр, я совершил ошибку.

— Какую ошибку, П-7? — удивился мужчина.

— Я принял их игру за разбойное нападение. Они друзья, сэр.

Мужчина понимающе кивнул. На мгновение задержавшись взглядом на Игреке, он пристально посмотрел на Гэвина:

— Это правда? Тебя, кажется, изрядно досталось…

Гэвин потер щеку.

— Просто царапина… Они не хотели. Мы дурачились.

— Прости, Гэв, — вставил тощий.

Гэвин удивился было, но тут же вспомнил, что Игрек успел назвать его по имени. Вообще-то мальчик терпеть не мог, когда его называли Гэвом, но поспешил улыбнуться, как будто они были закадычными друзьями.

— Да ладно.

— Тогда мы уходим. Ты уверен, что всё так и было, П-7?

— Уверен, сэр.

Женщина-полицейский наклонилась к мужчине в штатском и произнесла, понизив голос:

— Его стаж более года, сэр.

— Правда? — переспросил тот. — Ну что ж, мальчики, теперь вы знаете, как быстро мы реагируем, так что, если мы вам когда-нибудь понадобимся, долго ждать не придется. Разумеется, так же произойдет и в том случае, если вы сами затеете что-либо недоброе.

Он шутливо улыбнулся, и мальчишки поспешили улыбнуться в ответ.

П-7 сел в мобиль вслед за полицейскими, и все трое улетели.

14

Едва полицейский мобиль скрылся из виду, как Гэвину в голову пришла мысль, а не свалял ли он дурака. Теперь, когда рядом был Игрек, мальчик уже не боялся нападения, но ему не нравилось, что мародерам всё так легко сошло с рук. А кроме того, он чувствовал себя ужасно неловко. После отбытия полицейских мнимые друзья вновь сделались чужими друг другу — более того, они так и остались врагами.

Пока Гэвин думал, что сказать, Игрека точно прорвало:

— Простите мои слова, но нападать на людей бесчестно и постыдно! Особенно на тех, кто младше и слабее тебя.

Крепыш пожал плечами.

— Мы просто выполняем свою работу.

Тощему, кажется, снова стало смешно.

— Ты ведь не из Корпорации Жизни, верно? Откуда ты такой взялся?

Не успел Игрек ответить, как Гэвин высокомерно процедил сквозь зубы:

— Независимый производитель. — Бросив взгляд на Игрека и почувствовав прилив уверенности, он добавил: — А вы ничего не хотите нам объяснить? Надеюсь, я не зря дал вам выйти сухими из воды.

Над их головами проплыл летобус. Из ближайшего офисного здания вышла женщина и направилась через дорогу. Больше вокруг не было ни души.

Тощий протянул руку.

— Эррол, — представился он. — А это Шрин.

Гэвин (хоть и не без опаски) пожал им руки.

— Нам, конечно же, очень жаль, — заявил Эррол.

Гэвин удивился: почему «конечно же»? Если люди, которые выходят грабить других, потом сожалеют о содеянном — тогда зачем, скажите на милость, они этим занимаются?!

Словно прочитав его мысли, Эррол продолжил:

— Нам приходится этим заниматься, чтобы иметь хоть какую-то информацию. Мы стараемся не причинять никому вреда. Просто забираем улов.

— Улов?!

— Ну да. Технические новинки…

— Но зачем? — удивился Гэвин. — Чужой джинн вам всё равно без надобности, ведь вы не сумеете взломать шифр.

Только сейчас он заметил, что у Эррола на удивление честные и простодушные глаза.

— Мы не пользуемся джиннами, да и сети коммуникаторов не доверяем. Все добытые вещи мы относим нашим ученым. А они изучают их, чтобы выяснить, как обстоят дела у технократов. Это единственный способ не отставать от них в плане технологий.