Кругом по-прежнему царила кромешная темнота, но мысленным взором Игрек видел яркие вспышки золота, бронзы, серебра и титана. Наконец звон металла достиг своего апогея — и стих.

Теперь он снова слышал лишь плеск волн, что бились о скалы у подножия утеса. Игрек поднялся на ноги. Он хотел протянуть руку мистеру Лобсану — но не успел. Край обрыва ушел у него из-под ног — и Игрек полетел в бездну. А потом вокруг него сомкнулась темнота.

28

В этот ранний час в гостиной профессора Огдена горел свет. Гэвин и Флер, улегшись валетиком, спали на кушетке. Для Шарлотты соорудили постельку в кресле-качалке. Миссис Белл дремала, устроившись рядом с ней на полу. Мистер Белл сидел за столом, вполглаза поглядывая на мини-экран.

В комнату на цыпочках вошел профессор Огден. Мистер Белл поднял голову.

— Ну что? — прошептал он.

Профессор ответил ему так же тихо:

— Боюсь, пока ничего определенного сказать нельзя. Нам удалось заменить некоторые детали, но у него перегорел энергоприемник. А его заменить не так-то легко. Здесь мы сильно рискуем.

— Чем?

Профессор замялся.

— Он может потерять все воспоминания, всё, чему успел научиться. И тогда мы вернемся к чистому листу.

— Вы хотите сказать, он может потерять всё, что делало его Игреком?

— Кажется, у меня уже был сегодня философский разговор на эту тему, — невесело улыбнулся профессор.

Мистер Белл окинул взглядом свое семейство.

— Если бы нам снова предложили выбирать, хотим ли мы, чтобы Игрек жил с нами и учился жизни… — Он снова повернулся к профессору. — Уверен, все сказали бы «да».

На лестнице раздались чьи-то шаги, и в комнату вбежала женщина в белом халате.

— Мы поставили ему новый энергоприемник — и он очнулся! — взволнованно сообщила она.

— Отлично, — не слишком убедительно сказал профессор. — И как он?

Помощница удивленно приподняла бровь.

— Разве вы не хотите сами посмотреть?

Мистер Белл и профессор как по команде поглядели на спящих детей.

— Надо их разбудить, — сказал мистер Белл. — Иначе они мне этого никогда не простят…

***

Игрек сидел на полу каморки под крышей и с любопытством оглядывался по сторонам. В окно проникал тусклый свет уличного фонаря. Комната была такой же пустой и голой, как и в тот день, когда он покинул ее. Он почти ожидал услышать шум моря — но в комнату доносились лишь редкие обрывки голосов с улицы.

Игрека охватило беспокойство, но он решительно отогнал его прочь. О чём ему, собственно, теперь волноваться? Разве он не пережил то, чего боялся больше всего на свете? Он перестал функционировать, потерял сознание — и всё же выжил, он цел и невредим!

Дверь открылась, и в комнату вошли самые дорогие ему люди. Они шли осторожно, как будто подкрадывались к спящему льву, а не к дружелюбному роботу Игрек уже собрался было спросить, в чём дело, но передумал. А что, если он как-то изменился, но сам этого пока не осознает?

Он вопросительно посмотрел на своих друзей. Профессор Огден выглядел усталым и озабоченным, в глубине его добрых глаз затаилась плохо скрытая тревога. Мистер Белл смотрел на Игрека с сочувствием. Флер хмурилась, хотя при виде Игрека в ее глазах вспыхнул озорной огонёк. На лице Гэвина играла широкая, приветливая улыбка — пожалуй, немножко слишком широкая, чтобы быть естественной. Взгляд миссис Белл, как и взгляд профессора, был полон доброты и тревоги.

Только Шарлотта, которая при виде Игрека радостно заверещала и протянула к нему ручки, судя по всему, ни о чём не тревожилась. Миссис Белл опустила ее на пол, и малышка, вперевалочку подбежав к Игреку, попыталась ухватить его за нос.

— Йек… — сказала она.

— Иг-рек, — поправил ее робот.

Девочка улыбнулась, продемонстрировав недавно вылезший зубик и очаровательные ямочки на щеках.

— Йек… йек…

Эти человеческие малыши — как же они медленно учатся, подумал Игрек.

Профессор Огден опустился перед роботом на колени.

— Игрек, — мягко произнес он, — ты знаешь, кто мы такие?

Игрек склонил голову набок, обдумывая столь странный вопрос.

— Знаю ли я, кто вы такие? — переспросил он. — Надо полагать, знаю — после столь долгого знакомства. — Пораженный новой мыслью, он подозрительно обвел взглядом окруживших его людей. — А вы знаете, кто я такой?

— Ты Игрек, глупыш, — нежно проговорила Флер.

— Ты уверена, что я остался Игреком? — взволнованно спросил он. — Ведь во мне столько новых деталей…

К его великому удивлению лица присутствующих тотчас же утратили прежнее озабоченное выражение. Беллы и профессор Огден вдруг затряслись и стали издавать хриплые отрывистые звуки. Миссис Белл ухватилась за мужа, чтобы не упасть. Флер держалась за живот. Они смеялись над ним!

— Не понимаю, что здесь смешного! — обиженно проговорил Игрек.