— Я оставлю в Картахене надежный гарнизон, — сказал император, отставляя в сторону кубок. — Через два дня мы отплываем, и да поможет нам Бог возродить славу Великого Рима.

Викентий промаялся целую ночь, а заснул только под утро. К сожалению, сон его продлился недолго. Верный Феон разбудил легата раньше, чем ленивое зимнее солнце осветило крыши домов. Викентий открыл глаза и с удивлением уставился на перекошенное лицо комита Модеста, одного из самых близких к императору людей.

— Божественному Майорину стало плохо этой ночью, падре Викентий. Он требует священника.

— А почему не лекаря? — удивился легат, с трудом отрывая голову от подушки.

— Лекарь уже был, — раздраженно выкрикнул Модест. — Тебе следует поторопиться, Викентий.

Увы, легат не застал императора в живых. Божественный Майорин скончался в страшных муках еще до появления священника, и, видимо, это его предсмертный крик Викентий и Модест слышали при входе во дворец.

— Его отравили, — шепнул Модесту лекарь, довольно тучный тип с узкими щелками вместо глаз. — В этом у меня нет никаких сомнений.

— Отравителя следует найти, — произнес Викентий чуть хрипловатым от недосыпа голосом. — Кто навещал императора вчера днем?

— Куриалы Картахены.

— Кто еще?

— Ты, падре Викентий.

— Когда я вошел к императору, там находился еще один человек. Нотарий, кажется.

— Первика, — хлопнул себя по лбу комит Модест. — Но он сказал мне, что его прислал ты.

— Это неправда, — покачал головой Викентий. — Нотарий действительно был у меня накануне. Рассказывал о несчастии, приключившемся с готами в Галисии. Однако к императору я его не посылал. Я бы на твоем месте, высокородный Модест, нашел этого Первику и допросил с пристрастием. Если мне не изменяет память, то именно ты отвечал за безопасность божественного Майорина. Мне очень жаль, комит, но если ты не найдешь убийцу, то император Авит, чего доброго, заподозрит тебя в измене.

Надо отдать должное Модесту: он проявил редкостное рвение, отыскивая преступника в большом городе. И удача улыбнулась ему — он нашел отравителя. Правда, улыбка вышла кривоватой. Нотарий Первика не вынес тяжести преступления, которое он взвалил на свои плечи, и покончил с собой. Серебряный флакончик с ядом был обнаружен в его вещах. Не приходилось сомневаться, что этим ядом он отравил не только себя, но и божественного Майорина.

— Его наверняка подослал дукс Ратмир, — поведал о своих подозрениях Викентию высокородный Модест.

— А я в этом как раз не уверен, — покачал головой легат. — Я даже не уверен, что этот человек был в плену у пиратов. Не исключено, что он просто воспользовался ситуацией. Во всяком случае, его оценка событий в Галисии разительно отличалась от той, что дал в своем письме рекс Тудор.

— Это правда, — кивнул Модест. — Я разговаривал с ним перед тем, как проводить к императору. Но ведь у него была записка, падре Викентий, написанная твоей рукой, иначе я бы его не впустил к божественному Майорину.

— Ты сохранил записку?

— Нет, — вздохнул комит свиты.

— Почерк можно подделать, — покачал головой легат. — Я знаю человека, который уже однажды проявил на этом поприще свой недюжинный талант.

— Я тоже его знаю, — мрачно изрек Модест.

— Вот видишь, комит, мы с тобой одновременно подумали об одном и том же человеке. У высокородного Ореста была серьезная причина желать смерти Майорину. Да и в людях, способных организовать любое преступление, у комита агентов недостатка нет. Я бы на твоем месте сообщил о своих подозрениях божественному Авиту лично.

— По-твоему, я должен ехать в Рим? — нахмурился Модест.

— Конечно, — развел руками легат. — Ты повезешь тело Майорина. Он заслужил право быть похороненным в Вечном Городе со всеми почестями, полагающимися императору.

— А как же поход на Карфаген?

— Я знаю только одного человека, способного заменить Майорина.

— Сиятельный Эгидий! — догадался Модест.

— Вот именно, — подтвердил Викентий. — Ты должен прямо сказать об этом божественному Авиту. Можешь при этом сослаться на меня.

— Я возьму с собой три тысячи клибонариев, — вопросительно покосился на легата комит свиты.

— Этого мало, Модест! — ужаснулся Викентий. — Ты что, забыл о варенгах и франках, которые рыщут вокруг Картахены?

— В таком случае мы воспользуемся галерами.

— Нет и еще раз нет, — покачал головой Викентий. — По моим сведениям, вандальский флот сейчас бесчинствует близ острова Сардиния. Вам с ним не разминуться. Ты повезешь тело императора по суше, Модест, так надежнее. Возьми всех клибонариев и пятнадцать легионов пехоты. Поход ведь все равно придется отложить. Если тебе удастся по пути разгромить дукса Ратмира, то божественный Авит воздаст тебе за это по заслугам.