"Он такой хорошенький, кудрявенький, беленький. Настоящий ангел божий. Только маленький. Ласковый, попочка мягенькая. Он как в себя принял, да давай потихоньку-полегоньку... И мы с ним, в два голоса, да как возгласили "аллилуйя!", возблагодарили Создателя, что попустил встречу нашу, что послал сокровище сие мне, грешному. Смотрим на иконы святые и от счастия оба плачем".

"Плач от счастья" в каждом конкретном случае продолжался недолго. В очередную ночь счастливый обладатель "ангелочка" засыпал крепким сном на "ложе счастья", а просыпался уже на небесах, откуда имел возможность лицезреть, как "лихие люди" грузили и увозили его движимое. Впрочем, на ангельскую внешность попадались большей частью люди благочестивые и богобоязненные, так что часто оказывалось возможным ограничиться шантажом. Дело было не пыльное, доходное и мало-рисковое. Это не с кистенём в канаве мёрзнуть, обоз поджидая, а потом лоб под мечи стражи обозной подставлять.

Воспоминания о собственных переживаниях на Степанидовом подворье в Киеве, заставили меня задать несколько уточняющих вопросов. Кудряшок воспринял это как проявление специфического интереса, и начал со мною кокетничать. Забавно. К этому времени Ивашко с Николаем уже притащили девку, завязанную "тюльпанчиком". Так что когда Ноготок приложил "кокетуна" кочергой по рёбрам, дабы не отвлекался от дела, было кому отозваться на его вой.

Шайка процветала и работала аккуратно и осторожно: на серьёзный, боярский уровень Кудряшок и сам не тянул -- школы не хватало, да и команда его "раскусывать" боярские усадьбы не рисковала.

А мальчик рос и снова сменил амплуа. Перешёл в категорию, которая в моё время называлась "альфонс". В "Святой Руси" обычно говорят -- "ублажитель". Во всяком обществе есть тоскующие женщины, желающие развлечения.

Ситуация типовая, раскрытая в великом множестве анекдотов серии "Возвращается муж из командировки". Но мне больше нравится текст из завязки "1001 ночи":

"Царь Шахрияр и брат его - царь Шахземан испугались и спустились к женщине, а она легла перед ними и сказала: "Вонзите, да покрепче, или я разбужу ифрита". И из страха перед джинном оба брата исполнили приказание, а когда они кончили, она вынула из-за пазухи кошель, и извлекла оттуда ожерелье из пятисот семидесяти перстней. "Знаете ли вы, что это за перстни?" - спросила она. "Владельцы всех этих перстней имели со мной дело на рогах этого ифрита. Этот ифрит похитил меня и положил в ларец, а ларец -- в сундук. Он навесил на сундук семь блестящих замков и опустил меня на дно ревущего моря, где бьются волны, но не знал он, что если женщина чего-нибудь захочет, то её не одолеет никто".

Ну, таки-да. Только... Хорошо бы ещё знать, чего, собственно, она хочет. Не то, что она говорит, а на самом деле. И чего она захочет. Хотя бы через час.

– - Дорогой, я хочу персик.

И серьёзный бандит выходит от молодой, любимой и беременной жены, из тёплого светлого дома в мокрый, промозглый ранней весной, Нью-Йорк. Рискует жизнью, ломает людям кости, сдаёт полиции тайный игорный дом. Приносит запрошенный овощ и слышит:

– - Фу, противный. Где ты был так долго? Мне бы хватило и апельсина.

– - Глава 78

Кудряшок был хорош собой и всегда находились "захотевшие". Парень рассказывал о своих похождениях с восторгом. Но перечень купчих, попадей, жён каких-то ловчих и доезжачих, тиунов и приказчиков на меня впечатления не производил. Тогда, надувшись от гордости, он рассказал о том, как предыдущей зимой "обслуживал" саму посадницу в Елно. А она, в благодарность за плотские утехи, устроила его в очередной княжий обоз на Дорогобуж. Который и был уничтожен при его непосредственном участии. Взятого хватило надолго. Почти год он отсиживаться в "родных пенатах". А потом, обнаглев от успеха, Кудряшок нарушил главное правило -- выбирать дичь по зубам. Очередная его клиентка оказалась не только очень страстной, но и довольно неосторожной. "Его именем не назовут улицу, разве что - мужа спросонок". Что и случилось.

Дальше, помимо чисто семейных разборок в форме нанесения тяжких телесных собственной супруге, обиженный муж использовал возможности "вятшего". Как там, в "Обыкновенном чуде":

" - А кто у нас муж?

– - А муж у нас волшебник.

– - Предупреждать же надо".

Кудряшок был предупреждён, но не воспринял. И, без всякого волшебства, пошёл такой сыск, что парню пришлось спешно бежать. Сначала, по старой памяти, в Елно. Потом на восток, куда глаза глядят.

Хорошенький кудрявенький юноша попал среди зимы в Пердунову весь и глянулся хозяйке. Кудряшок особо напирал на то, что бежать из веси зимой было смерти подобно, и вызвать неудовольствие хозяйки он никак не мог. Дальше пошёл пересказ монолога Хохряковича в момент его извлечения у Домны из подмышки: "Она -- сама, а я против неё...".

Хоть Пердунова весь и мала, и населена довольно плотно, но пару-тройку месяцев любовники не вызывали подозрения. Потом старый Пердун стал что-то хмуриться и коситься. Кудряшок уже начал прикидывать возможные пути внезапного "фар эвей". Но какая женщина отпустит от себя такого молоденького, хорошенького, кудрявенького? Хозяйка высватала своему любовнику жену в Рябиновке, и любовный треугольник "обквадратился".

Зря я так исключительно на женщин. "Свадьба для прикрытия" применяется симметрично. И с вариациями. Не только любовников женят и любовниц "правильно" замуж выдают. Бывает, что и родственниц "интересной" дамы берут в жены. Просто, чтобы иметь "свободный доступ" в дом "предмета обожания и вожделения". Кто интересовался историей брака Дантеса, и судьбой одной из его дочерей, видел сходный вариант и вариант возможных последствий.

"Не мог щадить он нашей славы;

Не мог понять в сей миг кровавый,

На что? он руку поднимал!"

Не то что понять, а и просто задуматься. "Бегает тут чего-то такое-то... арапистое, сексуально-озабоченное. Надо момент ловить пока она не брюхата". Достаточно просто сравнить количество детей, рождённых Натальей Гончаровой в браке и продолжительность самого брака, чтобы понять как "припекло" Дантесу.

Во всех таких историях, помимо главных героя и героини, есть "невиновные, но причастные". Использованные в качестве прикрытия.