— Спасибо, — искренне поблагодарила я. Хотя она могла с тем же успехом ждать у себя, а нам просто оставить записку, где взять ключи.

— Неважно. Я хотела еще кое-что сказать вам.

— Что? — одновременно спросили мы, чувствуя предстоящие неприятности.

— Скоро четырнадцатое февраля. У меня есть некоторые планы на этот день. Надеюсь, в третий раз вам удастся ничего не испортить.

Мы с Кейном переглянулись и простонали. Я — мысленно, он — вслух. Что, опять?

— И где ты был? — раздался до боли знакомый голос.

Простые слова с трудом протискивались в мое сознание, затуманенное отчаянием и алкоголем. Сначала я просто не поверил этому. По моим представлениям, Эрика сейчас должна быть где-то в другом месте, возможно, нежась в объятиях своего поклонника, возможно, обижаясь на меня, возможно, и то, и другое. По мере того, как я постигал смысл ее слов, во мне росло неудержимое облегчение.

Она здесь, она никуда не ушла. Черт, она осталась со мной! Секундочку… Эрика все это время была здесь? Я ее ищу по всей школе, а она все это время была здесь? Теперь я начал злиться. Какого черта она делает здесь, если ушла с Паттерсом? Наверное, это сказывалось опьянение, но, вместо того, чтобы радоваться, я пришел в ярость. Она еще изображает ревнивую жену?

— А почему ты здесь? — встав с пола, осведомился я.

— А где мне еще быть? — возмутилась Эрика. — Это ты где-то шляешься!

Нет, интересно, еще и я в чем-то виноват? Она исчезает так, что ни одна живая душа не знает, где ее искать, а шляюсь при этом я? Между прочим, я ее же и искал!

— Я шляюсь? Я разыскиваю тебя по всей школе, а ты все это время сидела здесь?!

Эрика не сдавалась:

— Предполагается, что это и мой дом тоже. Я развлеклась на балу и пошла спокойненько к себе домой. А вот ты вроде бы остался здесь, но я почему-то встречаю тебя в баре в очень теплой компании!

Я перестал сдерживаться. Вообще-то это мне нужно было возмущаться ее откровенно непристойным поведением в течение всего вечера! Я-то в чем виноват? В том, что вынужден был напиваться, только чтобы не видеть, как она прижимается к очередному ухажеру? Или в том, что на меня плюхнулась какая-то девица?

— Это я был в теплой компании? Я весь вечер один надирался в баре, потому что стоило мне выйти в танцзал, как я натыкался на тебя в объятиях очередного ублюдка! Сколько их было сегодня? Пять? Десять?

Хлопок, и мою щеку обожгло резкой болью. А Эрика, кажется, пострадала сильнее, судя по ее скривившемуся лицу и тому, как она трясла рукой. Мы оба замолчали, ошарашенно глядя друг на друга.

— Так где ты был на самом деле? — нарушила тишину Эрика.

Черт возьми, она опять начала?

— Искал тебя по всей школе, — изо всех сил стараясь сохранить спокойствие, ответил я.

— А какого хрена ты искал меня по всей школе, если мог просто придти домой? И, кстати, мы все еще не выяснили, откуда у тебя там взялись подружки?

Да о каких подружках она говорит, когда сама меня бросила?

— Да потому, что мне сказали, что ты ушла к Паттерсу! Что я должен был подумать? Ты весь вечер вела себя так, что всем казалось, будто ты меня бросила!

— Да с чего ты это взял? — тоже заорала она.

— Я видел, как ты прижимаешься ко всем этим подонкам, лапающим твою голую задницу!

— Это они меня прижимали к себе, придурок! Ты видишь разницу? И вообще, почему я должна была уходить к кому-то? К тому же Паттерсу?

Почему ты должна была уйти? Потому как ты только и делаешь, что показываешь, насколько я тебе не нравлюсь! Насколько тебе плохо со мной! Я уже вконец перестал владеть собой и в порыве чувств ударил по дверному косяку кулаком.

— Да потому, что ты ненавидишь меня!

— Я не ненавижу тебя! Я люблю тебя!

Что? Я не мог поверить своим ушам, а Эрика, не замечая только что сказанного, продолжала:

— А вот тебе на меня наплевать, раз ты целовался с той сучкой!

— Я тоже люблю тебя, — само собой слетело с моего языка, и я замолчал.

Нет, она просто не могла сказать того, что сейчас сказала… Мы молча смотрели друг на друга, потом одновременно переспросили:

— Что?

Эрика молчала, ожидая моего объяснения.

— Я люблю тебя, — уже спокойно произнес я. Во второй раз сделать это оказалось намного проще, чем в первый. — Я и напился оттого, что не мог видеть, как по твоему телу шарят чужие руки, — мне показалось, что я просто должен объяснить свои поступки… после ее слов… если они, конечно, правда, и я не ослышался.