Уже на подходе к личным апартаментам зельевар услышал, как что-то взорвалось за дверью. Быстро распахнув входную дверь, Снейп влетел в гостиную. Из лаборатории шел густой дым. Быстрым движением волшебной палочки отец моментально убрал дым, и перед ним в саже, с чумазыми лицами и дыбом стоящими волосами предстали двое его детей.

– Во бабахнуло, - только смог проговорить Рауль, все еще держа в руке ложку.

– Ага, - подтвердил Гарри.

Котел разорвало волной, и он, как распустившийся цветок, покоился на черном столе.

Отец схватил за руки обоих сыновей и вытащил их в гостиную на свет. Взглянув на детей, профессор поморщился. При хорошем освещении дети выглядели еще ужасней. Полосатые пижамы покрылись черной сажей. У Гарри белоснежный гипс потемнел и к тому же был изрисован юными художниками. Рауль стоял в уже не белых носках и с голой шеей.

– Это как понимать?
– жестко спросил Снейп-старший у своих отпрысков, - Рауль, я, кажется, тебе ясно сказал, чтобы ты не смел входить в лабораторию и находился в постели. К тому же, Гарри, ты должен был быть под присмотром мадам Помфри. Как ты посмел сбежать из больничного крыла?!

Мальчики посмотрели друг на друга и, пожав плечами, виновато опустили головы.

– Вы понимаете, что своими экспериментами запросто могли взорвать весь замок?! Погибли бы и вы, и многие невинные студенты. Вы этого добивались?

– Нет, простите нас, профессор, мы только хотели изобрести новое зелье и показать Вам. Мы больше так не будем, - извинялся Гарри, глядя на декана.

– Надеюсь, вы не пробовали зелья на вкус?
– под взглядом зеленых глаз шалуна начал смягчаться отец.

– Нет, мы только пили лекарство от простуды, пока пузырек не разбился, - сказал Рауль, указывая на пятно на ковре.

Северус взглянул на остатки стекла и, взмахнув палочкой, убрал следы разлитого зелья.

– Выпороть бы вас, - сердито сказал профессор, от чего дети испугано взглянули на отца.

– Хорошо, на этот раз экзекуции не будет, но еще один проступок, и ремня вам не избежать, - предупредил сыновей профессор.

Заставив Рауля надеть тапочки, зельевар отправил мальчиков в ванную отмываться. Пока Северус снимал мантию и закатывал рукава, чтобы приступить к качественной чистке испачканных детей, в дверь торопливо постучали.

Открыв, декан впустил взволнованную Лили.

– Можешь не беспокоиться, Гарри у нас. Сбежал от Помфри прямо в пижаме и тапочках, - сразу объяснил декан.

Женщина облегченно вздохнула.

Отмыв и переодев детей, Лили забрала Гарри с разрисованным гипсом к себе, в то время как Северус, невзирая на возмущения со стороны Рауля, растер мальчика лечебной настойкой и, напоив теплым молоком, уложил в постель.

Глава 10. Подарок для Хагрида.

31 октября весь Хогвартс готовился к вечернему празднованию Дня Всех Святых. Еще утром мама отвела Гарри к мадам Помфри, где медсестра, осмотрев сломанную руку, объявила, что гипс вполне можно снимать. За два дня усиленного лечения костеростом рука зажила. Мальчик, конечно же, расстроился - ведь на гипсе все еще сохранился устрашающий рисунок, которому целых два дня завидовали его одноклассники. Тем более Гарри не успел абсолютно всем в школе показать свои «латы», закопченные в боях. При снятии гипсовой повязки мадам Помфри только качала головой и вздыхала, глядя на то, что стало с ее белоснежным изделием.

Все дни после взрыва в лаборатории профессора зельеварения Гарри навещал друга, и они мирно играли в спальне Рауля под присмотром то самого Северуса, то Лили. Поэтому в Хогвартсе царило полное спокойствие.

– Отлично, температуры больше нет, - забрав в очередной раз градусник изо рта сына, порадовался отец и пощупал шею мальчика.
– Тут не больно?

– Нет, пап, нет, - пытаясь отделаться от щекочущих движений рук родителя, сказал Рауль и тут же спросил.
– Теперь мне можно погулять на улице?

Северус, заставив сына открыть рот и показать ему горло, медлил с ответом.

– Пап, ну можно?
– не унимался мальчик.

– Если хорошенько поешь, то думаю, что я разрешу тебе погулять немного, - поднялся с постели отец и вышел в гостиную, куда эльфы принесли завтрак для ребенка.

Раулю до такой степени хотелось побегать на свежем воздухе, что он в один миг проглотил предложенный завтрак, только кубок с молоком трогать не стал.

– Что они все время молоко приносят? Должны же уже знать, что я его не люблю. Пап, я все!
– позвал отца Рауль.

Снейп-старший вышел из своей комнаты и взглянул на пустую тарелку.

– Вот так бы всегда завтракал. Теперь можешь погулять недолго, - обрадовал сына зельевар.

Рауль выскочил из-за стола и помчался в свою комнату. Быстро одевшись, мальчик, скача на одной ноге, натягивал ботинок, когда отец достал его новую теплую мантию, шапку и шарф.

– Пап, но еще рано ходить в шапке, - возмутился сорванец, когда Северус, повязав мальчишке шарф, уже натягивал на того черную с двумя серебристыми полосками вязаную шапку.