То утро для полковника началось в 7.10 утра, с доклада одного из работников местного «торгпредства»:

– Иван Сергеевич, разрешите!
– Раздался голос из-за двери после стука.

– Войдите!

На пороге кабинета возник довольно молодой человек:

– Мне поручено передать… Из Луксора наши люди сообщили, что «объект наблюдения» Сергей Кабанов в 7.00 покинул здание местного полицейского участка…

– Хорошо!
– Ответил Гришин.
– Наши люди его ведут?

– Нет, Иван Сергеевич…

– Не понял?

– Сергей Кабанов практически на выходе их полицейского участка…

– Что?!!
– Рявкнул Гришин.

– Возможно, он заметил наших людей… Но… В общем, он поссорился с полицейским, который его оттуда вывел, сорвал с его кителя аксельбант, и, кажется, дал ему пощечину…

Гришина словно окатили ушатом холодной воды:

– Твою мать!!!
– Проорал Гришин в бессильной злобе и швырнул на диван полотенце, которым до этого вытирал руки.
– Где он?

– Видимо возвращен в камеру… По крайней мере на него опять надели наручники и вернули в участок…

– Вот же скотина!
– Гришин был готов рвать и метать.
– Сволочь уголовная! Он же теперь вообще неизвестно насколько сядет!

– Именно так, Иван Сергеевич… - Проговорил работник «торгпредства».
– По местным законам теперь его будет судить внутренний, тюремный суд, и о его решении узнает только осужденный…

– Соскочил все-таки, сволочь… Соскочил с моего крючка…

Молодой человек посмотрел на разозленного полковника ФСБ, и несмело произнес:

– Разрешите идти?

– Отставить!
– Рявкнул полковник, сидя на диване.
– Значит так!.. Первое - подъем всей группе!

– Ваши люди уже не спят…

– Второе!
– Гришин напрочь проигнорировал замечание.
– Объявить экстренный сбор! Третье - выезд через пятнадцать минут!

– Но наши водители…

– Что было не ясно?!!!
– Рявкнул Гришин, уже натягивая брюки.

– Все ясно, Иван Сергеевич… - Проговорил ошарашенный дипломат.

– Тогда выполнять! Свободны!!!… …Уже в 9 часов утра, «с ветерком» пролетев по шикарному шоссе несколько сот километров, микроавтобус, в котором сидела вся «команда» «аквалангистов», достигла города Луксор…

И Гришин связался со своими людьми:

– Где «объект»?

– Его вернули в полицейский участок, товарищ полковник!
– Доложил «старший наблюдатель».
– Он почему-то, уже на самом выходе, пожал руку полицейскому, видимо попрощался, а потом дал ему пощечину, и сорвал с рубашки аксельбант… Может, обиделся на того за что-то, пока сидел?.. Кто его поймет, бандитскую морду?..

Гришин посмотрел на него странным взглядом:

– Ну, ты-то его точно никогда не поймешь… Так же, как и то, за что останешься в «вечных капитанах»!.. И скажи спасибо, за то что я еще не сильно разозлился!

– Товарищ полковник! Но мы…

– Молчать! Говорить команды небыло!
– Рявкнул Гришин.
– Я уверен, что это он вас, придурков около участка срисовал, да и решил обратно вернуться! Только теперь тебе, капитан, придется здесь сидеть до полного усеру, и сторожить, когда Кабанова отпустят - сами напортачили, сами и исправлять будете! И попробуйте мне еще раз обосраться - выкину со службы без пенсии за «полное служебное несоответствие»! Все ясно, капитан?!!

«Старший наблюдатель», бледный как мел, стоявший все это время перед Гришиным навытяжку, только и ответил:

– Так точно, товарищ полковник!

– Свободен!

Гришин вернулся в свой микроавтобус, и автомобиль рванул с места по дороге в сторону Хургады…

А обалдевший «старший наблюдатель» еще долго смотрел вслед двум дипломатическим машинам, и катал под скулами большие желваки…

Может себя проклинал за ошибки, а може и еще кого…

27 сентября 1998 г.

Египет. Луксор…

Сидеть с комфортом не грешно…

…Это неожиданное знакомство произошло около месяца назад, на следующий день после суда… …Ранним утром, что-то около 6.30, камеру, в которой сидел Сергей, открыл полицейский, выполнявший роль конвоира, и произнес на хорошем русском языке:

– Сергей Кабанов! На работы!..

Кабан обалдевший от неожиданности, поднялся с кровати, на которой до этого сидел, и вышел из камеры-одиночки…