— Проверяйте пригласительные.

«Паук-Слонопотам».

— Так точно, господин э-э... — Хагрид недоуменно оглядел военную форму без признаков отличия. — Офицер? Капитан? Майор?..

— Рядовой, — буркнул Гарри.

* * *

И без того роскошный обеденный зал «Пера Феникса» блистал великолепием королевского чертога.

Струящийся отовсюду свет преломлялся в бесчисленных зеркалах, лениво переливался золотыми бликами в бассейне с пером, лизал жаром колонны-сталактиты и, танцуя по стенам с энергией адского пламени, преображал все вокруг в царство золота и огня. Эстраду украшала огромная рождественская елка, сияющая желтоглазыми свечками.

Равнодушный к алхимическим превращениям интерьера в драгметалл, рядовой Поттер сидел за столиком, устало сгорбившись и забыв о военной выправке, досадуя, что приехал раньше времени. Как Гарри ни пытался настроиться на веселый лад, мысли были мрачней мрачного — радостные огни проникали в сердце не глубже, чем солнечные лучи в Марианское ущелье.

«Шатц, где ты? — уныло думал он. — Скрываешься в подземельях? Прячешься в Трубе? А я тут, в тепле, возле чертовой елки!»

Из Драко ничего толком вытянуть не удалось. Шепнув, что дом принадлежит семье Малфоев, имеет отличный винный погреб с выходом в туннель лондонской подземки, Ангел-адвокат счел свой долг выполненным и отвез Гарри домой, болтая о пустяках.

«Надо взять себя в руки, — вжившись в роль завсегдатая окопов и наплевав на этикет, Г. Дж. облокотился о стол, подперев щеку рукой, и хмуро разглядывал гостей. — Завтра. Все завтра. Сегодня надо веселиться».

Невидимая проекция рядового Поттера весело прицелилась и метким выстрелом из SSG69 сбила с елки смахивающую на масонский пентакль звезду.

Непунктуальные хоговцы, как всегда, запаздывали. Хотя зал уже наводнили гости, мелькая разноцветьем и пестротой немыслимых нарядов, стоящий в дверях Слагхорн в парике дворецкого продолжал выкрикивать в микрофон вымышленные имена вновь прибывших, то опуская грушеобразный нос в какой-то список, то тревожно стреляя глазами по сторонам: приказ не впускать чужих выполнял не один только Хагрид.

«И когда Дамблдор выдаст свое проклятое задание?» — Гарри всматривался в лица гостей, пытаясь вычислить старика.

Таких маскарадов Г. Дж. Поттер не видал отродясь. Кроме Хагрида-Спайдермена, Слагхорна-лакея и тонконого Аргуса Филча в костюме Спанч-Боба, солдату Поттеру пока не удалось опознать ничье лицо. Что было и неудивительно: лиц не было. По залу плыли звериные головы, маски и колпаки. Всюду чувствовалась незримая рука проказников Уизли: маскарад чем дальше, тем неотвратимей превращался в сборище монстров — ни прекрасных дам в загадочных полумасках, ни смокингов, ни даже простых приличных костюмов не было и в помине.

Напугавший таксиста Спрут уже был здесь. Огромная голова со свисающими на плечи щупальцами была вполне безобидной, в то время как нижняя часть тела заставила сердце храброго солдата Поттера дрогнуть — на поясе проклятого осьминога пружинило восемь пар детских ног в вязаных рейтузах и ботиночках. Гнусные конечности пританцовывали и выкаблучивались, стоило Спруту слегка шевельнуться.

— Госпожа Кенгуру! — торжественно объявил Дворецкий: так докладывают о прибытии королевской особы.

Неспортивно попрыгав в дверях имиджа ради, Кенгуру деловым шагом устремилась к столику рядового Поттера. Плюхнувшись на стул и завалив хвостом соседний, Кенгуру сердито сдернула собственную голову, превратившись в Гермиону с наэлектризованной синтетикой шевелюрой.

— Жарко как, — раздраженно сказала она, вернула в исходную позицию упавший стул и положила голову австралийского сумчатого между пустыми тарелками.

— Э-э.. умм... угу, — промычал Гарри.

— Гилдерою не дали пригласительный! — голос Гермионы задрожал от обиды. — Свинство! Сколько посторонних! — она оглядела зал и нахмурилась: посторонними казались ВСЕ.

— Мистер Слагхорн сказал, что гостей отбирали... Отбирал...— Гарри замялся.

— Сам Дамблдор, — хмуро закончила фразу Кенгуру, удивив Г. Дж. осведомленностью. — Можно, тогда вместо Гилли здесь Рон сядет?

— Да пожалуйста, — пожал плечами Гарри.

План рассаживания гостей составляла Гермиона, комбинируя сотрудников по пять человек — чего, увы, Северус не мог сейчас оценить. Директор Поттер выразил желание оказаться рядом с Лавгуд или Беллатрисой Лестрейндж, чем удивил секретаршу до глубины души. Объяснять, что хочет видеть рядом тех, с кем, вероятно, сел бы Северус, Гарри, понятное дело, не стал.

— Фея Динь-Динь, — крикнул Дворецкий.

В дверях раздался знакомый визгливый смех, мало чем напоминающий звон колокольчика. Солдат и Кенгуру повернули головы.

К их столику походкой мелкой шлюшки цокала на каблучках Джинни Уизли — в неподобающе коротком платьице в виде зеленого листика. За спиной феи трепетали шифоном золотистые крылышки, слегка смягчая убийственный эффект от маленького зеленого платья.

— Собачьи крылья, задави их холера, — грубо сказала Фея, обнаружив, что может сесть только на краешек стула: летательному аппарату недоставало гибкости. Обнаружив напротив рядового Поттера, хмурого и застывшего, как труп в окопе, Джинни-Динь забыла о своих бедах и восхищенно всплеснула руками, сбив на пол голову Кенгуру.