Шрифт:
Гарри бросил хмурый взгляд на Просперо, ежегодно вытягивающего из кошелька каждого британца 145 фунтов за отсутствие рекламы, и двинулся на штурм медиакорпорации.
Как горячий нож масло, лифт мягко взрезал этажи и застыл на пятом. Гарри вылетел из кабины и ринулся по коридору, благодарный Северусу за план, — запутаться внутри архитектурного чуда было легче легкого. Наученный печальным опытом, он то и дело оборачивался, стараясь делать это как можно незаметней, но ничего похожего на слежку не обнаружил. Впрочем, людей вокруг было так много, что ни в чем нельзя было быть уверенным.
На подходе к переговорным кабинкам Гарри замедлил шаг. Сделав вид, что вздумал позвонить, он набрал несуществующий номер в мобильном, приложил телефон к уху и принялся расхаживать по коридору с видом утомленного делами бизнесмена. Сердце спокойного с виду дельца колотилось быстро, как у мыши.
«Шатц, да где же ты?..»
Он хмуро осмотрел место встречи: перегороженные стеклом отсеки были изолированы от шума, но никак не от взгляда.
Пятая кабинка была пуста.
Оценив тревожным глазом обстановку, Гарри отодвинул прозрачную дверь и нырнул внутрь. Усевшись за маленький столик в тисках П-образного дивана, он положил на стол пакет и замер, сканируя взглядом снующих за стеклом людей.
Казалось, прошла вечность. Г. Дж. исхитрился искусать губы до вкуса крови во рту и привести волосы в состояние пригодности для гнездовья птиц.
Человек в сером возник за стеклом так внезапно, что сердце Гарри испуганно дернулось. Рука в кожаной перчатке быстро толкнула раздвижную дверь. Вместе с потоком воздуха и легким бризом «Moschino forever» в кабину ворвался Весьма Интересный Субъект.
— Gott sei Dank, — пробормотал он, скользнул за стол и снял надвинутую на глаза шляпу. — Ты живой.
— Ой, — глупо сказал Гарри и удивленно открыл рот.
Дело было не в длиннополом пальто мышиного цвета, не в серой фетровой шляпе и даже не в дорогих очках в тонкой оправе, превративших редактора в высокомерного иностранца.
Длинные волосы, еще вчера ниспадающие на плечи, исчезли. Гарри ошеломленно уставился на стильное каре, вкупе с очками изменившее лицо Северуса до неузнаваемости.
Темно-карие глаза за легкой дымкой стекла казались до странности спокойными. Голос, по которому Гарри соскучился до тихой тоски, звучал буднично, почти равнодушно.
— Тебе не стоило приходить, — Северус проигнорировал изумление, написанное на лице Г. Дж. — Возьми такси и езжай в больницу.
— И ты туда же? — Гарри возмущенно тряхнул волосами. Притихший было затылок отозвался тупой болью. — Со мной все в порядке! Просто какие-то гады забрали докуме...
— Я в курсе, — перебил Северус. Уголок красивого рта зло дернулся, и только.
Гарри с немым восхищением смотрел на его лицо — спокойное и сконцентрированное. Никакого акцента не было и духу: Северус вновь контролировал себя, как киборг.
«Мистер Самообладание», — подумал Гарри, сгорая от непрошенного желания стереть поцелуями невозмутимость с бесстрастного лица, и — о ужас — с каждой секундой все мучительнее влюбляясь в новый злодейский облик.
Северус снял перчатки и бросил на стол.
— Хорошо, — тихо сказал он. — Раз ты в порядке, план остается в силе.
Гарри кивнул, разглядывая прищуренные черные глаза за дымчатыми линзами, благодарный, что Северус не стал его жалеть и не списал в утиль.
— Они сейчас э-э... — он покосился на дверь и по-шпионски хитро почесал ухо, намекая на прослушку.
Северус кисло улыбнулся.
— Потеря одной из копий — не проблема, — слегка возвысил голос он. — У нас этого добра в избытке.
На стол перед Гарри лег маленький клочок бумаги, выловленный из перчатки.
«Радиатор отопления. Альберт-Холл, церемония награждения журналистов, прямой эфир».
«Прямой эфир» был подчеркнут двумя жирными линиями.
— Ты хочешь, чтобы я... — взволнованно начал Гарри и умолк под опасно прищуренным взглядом.
— Там сейчас толпа репортеров. Пообщайся, договорись об интервью с кем-то из частных лиц, — небрежным тоном сказал Северус.
Многозначительно глядя в глаза Г. Дж., он коснулся пальцем слова «радиатор», а затем «эфир».
— Они все трусы, — буркнул Гарри. — С частными СМИ будет то же самое, что...
— Твоя задача — попытаться.
Рука, которую Г. Дж. до помутнения в глазах хотелось схватить и прижать к губам, перевернула листок.
«Атака. Внезапность. Используй пару минут, пока они опомнятся. Тебе помогут», — прочел Гарри на обороте.
— Я понял, — пробормотал он, охваченный волнением. — А ты?..