Трава на лугу нежно колыхалась в медленном танце, и цветы приветственно кивали им. Теплая глинистая земля под ногами мягко, приятно пружинила. Кэти все принимала и просто смотрела, наблюдала, познавала.

Могучие деревья величественно вздымали над ними тяжелые ветви, и высокие густые кроны их служили надежным укрытием и защитой. Повсюду порхали птицы — большие и маленькие, сверкающие всеми цветами радуги; они звенели мелодичными голосами и опускались на ветки удивительно близко от Кэти и Тилли, чтобы прощебетать радостное приветствие гостям.

Потом, присоединяясь к птичьему хору, Тилли тоже запела необычайно нежным голоском — казалось, она изливала душу в прелестной озорной песенке, где ноты прыгали и резвились, словно дети на склоне холма. Голосок девочки звучал чисто и смело, а смеющиеся глаза ее сияли особым светом, который пронизывал здесь все пространство и лился, казалось, отовсюду.

Кэти слушала и смотрела, она не произнесла ни слова и не сделала ни одного резкого движения, которое могло бы нарушить эту восхитительную, очаровательную картину. Она видела само счастье, воплощенное в образе маленькой девочки, она видела радость, жизнь и чистоту. Здесь не было печали. Боль была далека.

Тилли закончила песню и подняла глаза на Кэти. Кэти ощутила пожатие маленькой ручки и снова увидела знакомую улыбку.

– Это было прекрасно, мисс Тилли! Огромное тебе спасибо.

Тилли лишь радостно рассмеялась в ответ.

– Ты любишь петь?

– О, здесь все поют.

– Я заметила. — Потом Кэти решилась: — Должно быть, ты очень счастлива здесь.

Но внезапно Тилли пришла в голову мысль, полностью завладевшая ее сознанием.

– Знаете что? Мы найдем самое высокое дерево, на которое еще никто не забирался до верхушки! Вот что я сделаю! Я заберусь на самую его верхушку!

– О, конечно, заберешься. А чем еще ты любишь заниматься?

– М-м-м… Я люблю сочинять истории, как Иисус. Мы с моими друзьями просто наперебой рассказываем друг другу всякие истории. Но Иисус рассказывает истории лучше всех.

Кэти не усомнилась в словах Тилли. Она поверила. Все это было частью сна — или реальности. Она не осмелилась задаться вопросом: так все же сна или реальности?

Тропинка неспешно спустилась в узкую долину, и они услышали веселое журчание ручья. Сначала Кэти увидела за стволами деревьев сверкание и блеск воды, а потом и ручей, который петлял и вился по лесу; свет, отражаясь от прихотливых волн, дрожал над ними тысячами ослепительных радуг.

Потом перед ними оказался мостик — причем весьма необычный. Мостик маленький, изогнутый аркой, но… не деревянный, не каменный и не железный. Он был живой, он рос прямо из земли. Оба конца его уходили в плодородную почву, а перила украшали ярко-зеленые листья размером с ладонь. Кэти остановилась, чтобы получше разглядеть это чудо.

– Мой любимый мост, — объявила Тилли.

– Понимаю почему.

– Давайте перейдем на ту сторону.

Кэти послушно пошла за Тилли через мостик. Она зачарованно смотрела на танец блистающих лучей над поверхностью воды.

А потом увидела камни, выстилавшие русло ручья. Нет, теперь она точно должна остановиться. Тилли тянула ее за руку.

– Подожди, подожди.

Тилли остановилась возле перил рядом с Кэти.

– Что там?

Кэти понимала, что Тилли не удивится, но не могла совладать со своими чувствами.

– Тилли… там драгоценные камни внизу…

Тилли улыбнулась.

– Ага. Красивые, правда?

– Посмотри, это же золото… рубины и изумруды…

– Пойдемте, — сказала Тилли, устремляясь вперед. — Я покажу вам свое любимое место.

Кэти последовала за девочкой и, сойдя с моста, оказалась на зеленом холме над сверкающим ручьем, полным драгоценных камней. Это было прекрасное место. Теплая земля, покрытая густым ковром травы, так и звала присесть. Радужные блики от ручья играли на стволах деревьев, и веселое журчание воды звенело в воздухе. Они опустились на траву и какое-то время сидели молча. Кэти хотела все увидеть. Хотела узнать это место получше. И Тилли дала ей столько времени, сколько требовалось.

– Тилли… здесь просто чудесно.

Тилли лишь улыбнулась в ответ. Вид маленькой девочки в столь прекрасном окружении снова вызвал у Кэти вопрос:

– Тилли, должно быть, ты очень счастлива здесь?

Тилли опустила глаза и погладила траву.

– Ну, почти всегда…

– Только почти?

Тилли перевела взгляд вдаль, за ручей — возможно, на дом, которого там уже не было. Она коротко вздохнула, снова опустила глаза и тихо проговорила:

– Я хочу видеть свою семью, миссис Росс.

Несколько мгновений Кэти молчала. Тилли только что поделилась с ней чем-то очень дорогим, очень сокровенным. «О Господи, не дай мне ранить это маленькое сердечко».