Шрифт:
– О да, Тилли. Я очень счастлива.
– Я тоже.
– Я так тосковала по тебе. Даже когда я старалась не думать об этом, в душе я всегда тосковала по тебе.
– И я тоже тосковала по тебе.
– А потом… когда ты сказала свое имя… Тилли, глубоко-глубоко в душе, все девять лет, я называла тебя именно так. Это и есть твое настоящее имя.
Тилли несказанно обрадовалась.
– И я оставлю его. Спасибо, мамочка.
Кэти снова крепко обняла девочку.
– Не за что… Тилли.
И они остались вдвоем там, на зеленом холме, не думая о будущем до поры до времени. И они будут сидеть там вдвоем долго-долго.
Глава 11
Дэн стоял на крыльце маленького бунгало, нервно одергивая пиджак и поправляя галстук. Шум транспорта на улице знаменовал вечерний час пик: люди разъезжались по домам по окончании рабочего дня. Пастор О'Клири легко постучал в дверь, и та мгновенно открылась.
Да, на пороге стояла она. Спустя девять лет Дэн все еще помнил ее лицо.
– Здравствуйте, пастор, — сказала женщина.
О'Клири взглянул на Дэна.
– Анита Мендоза, позвольте представить вам Дэна Росса.
Она протянула руку.
– Здравствуйте, мистер Росс.
Он взял руку женщины обеими руками и взглянул в ее доброе, участливое лицо, в ее глубокие карие глаза.
– Благодарю за честь. Спасибо, что позволили нам заехать.
Она широко распахнула дверь.
– Проходите, пожалуйста.
Глава 12
Где-то в глубине леса бежали по невидимой тропинке, вьющейся среди ягодных кустов и цветов, мама и ее озорная, смешливая дочка; они кричали и смеялись, и дурачились, — словно это было для них самым обычным, самым нормальным на свете делом.
– Ну давай, начинай! — подзадорила Кэти.
– Ладно, только ты будешь подпевать! — лукаво откликнулась Тилли.
– О… — Кэти пыталась перевести дух. — Ну, откуда начнем?
Тилли пропела первые слова:
– Эй, дру-у-ужок…
Кэти подхватила, и песня началась — веселое состязание двух голосов, озорной дуэт двух невидимых обитателей леса.
Эй, дружок! Выходи играть со мной, Три мяча возьми с собой. Влезь на наш высокий тис, Громко крикни в нашу бочку, По перилам прокатись, Мы теперь друзья с тобой Навсегда — и точка!Потом Тилли крикнула:
– Спорим, я первой добегу до того дерева!
– О-о-о… — простонала Кэти. — Ты хочешь меня измотать вконец!
Вздрогнули кусты, зашелестела трава, замелькали две пары ног…
И вот они стремительно взбежали на холм и пустились вниз по склону, держась наравне — Тилли размахивала руками, что ветряная мельница крыльями, а Кэти просто старалась удержаться на ногах.
– Эй, не так быстро! — смеясь запротестовала Кэти.
А Тилли только счастливо взвизгнула в ответ.
Тилли достигла дерева первой, обежала его, а потом упала на землю и принялась кататься, кувыркаться в высокой траве, над которой мелькали лишь ее руки и ноги. Кэти добежала до дерева, радуясь, что гонка окончена. Она схватилась за ствол, задыхаясь и тяжело отдуваясь, но лицо ее при этом сияло.
Из травы вынырнула голова Тилли.
– Ты замечательно бегаешь, мамочка!
Вид Тилли позабавил Кэти.
– Ну что ж, теперь ты знаешь, откуда у тебя такие проворные ножки!
Потом она подумала о цветах, обо всех этих смеющихся, приветливо кивающих, танцующих цветах вокруг — которых были мириады — и особенно о тех, что самого глубокого, самого восхитительного пурпурного цвета, какого она никогда прежде не видела.
– О… — Новая мысль пришла Кэти в голову. — Ну уж такого случая я точно не могу упустить!
– Ты о чем это? — с любопытством спросила Тилли.
Кэти начала собирать цветы, тщательно выбирая нужные.
– Вот. Я сейчас покажу тебе, как украшать волосы цветами.
Тилли восторженно округлила глаза.
– Ты хочешь сделать меня красивой, мамочка?
– Ты и так красивая, милая моя. А ну-ка, сядь.
Тилли нашла удобный камень и села, выпрямившись и вытянув голову вперед. Она приготовилась.
Кэти вынула из кармана расческу и принялась прикидывать, как получше убрать длинные локоны Тилли.