Неожиданно прожектор сфокусировался на краю бассейна, где стоял одетый в черный костюм крючконосый Анатолий Исаевич. Руки у него были засунуты в карманы брюк, а на лице блуждала ухмылка.

Я что есть силы закричал, обращаясь к нему. К моему удивлению, он услышал крик и поднял на меня насмешливые глаза. Я кричал о том, что увидел в домике недалеко от бассейна, об убитом Бауэре, о сумасшедшем взгляде Натальи и ее поведении, которое напоминало заведенную куклу.

По мере того как я кричал, Анатолий Исаевич улыбался все больше и больше и наконец сказал фразу, которую я почему-то, несмотря на гром оркестра, явственно услышал:

– Не волнуйтесь. Так надо. Они счастливы. Оба.

Я сделал шаг к нему навстречу и, поскользнувшись, упал в воду.

Я вскочил и сел на кровати, весь покрытый холодным потом, и уставился ошарашенными глазами прямо перед собой. На мое плечо легла мягкая прохладная ладонь.

– Что с тобой? Что-нибудь плохое приснилось? – ласково спросила Надя.

– Да.

– Что?

– То, чего я не ожидал. В общем, всякая чепуха.

Я посмотрел на настенные часы, висящие над дверью в спальню. Время было семь двадцать утра. Встав с постели, я отправился в душ. Холодная вода слегка успокоила мою нервную систему и привела мысли в порядок.

Выйдя из душа, я обнаружил, что Надежда уже собралась.

– Извини, мне пора на работу.

– Да-да, я сейчас, быстро, – сказал я и пошел одеваться.

Через десять минут мы уже выходили из подъезда.

– Тебя подбросить домой или ты поедешь в клуб? – спросила Надя, заводя мотор своего «Опеля».

– Нет, у меня сейчас другой маршрут. Если у тебя есть время, отвези меня в гостиницу «Колос».

Надежда удивилась, но ничего не сказала. Высаживая меня у гостиницы, она спросила:

– Я сегодня на сутки. Позвонишь мне завтра утром, если не увидимся сегодня?

– Конечно, – и, поцеловав ее в щеку, я вышел из машины.

Субботин уже был на ногах и, только что побрившись, собирался идти завтракать в ресторан. Я присоединился к нему.

– Что вас привело в такую рань? – спросил он, проглотив первую порцию заказанных нами котлет.

– Я подумал, что, поскольку нам не удается пока захватить людей из основной группы, есть смысл попробовать перебросить усилия на поиски химика.

– Поиски мы ведем, – сказал Субботин, – но они пока тоже не дают серьезных результатов. Формируется список людей, которые занимались подобными исследованиями.

– Это все хорошо. Но если попробовать подойти с другой стороны? Навряд ли химик непосредственно задействован в похищениях. Он лишь продает порции этого препарата и за это получает деньги. Остальное его, скорее всего, не интересует. Почему бы в таком случае не предположить, что этот же порошок он может продавать еще кому-то?

– Кому? – спросил, отрываясь от процесса поглощения пищи, Субботин.

– Например, молодежи. Для повышения ее сексуальной активности. Ведь это наркотическое средство может потреблять кто угодно. Диапазон его применения пока неизвестен. Насколько я знаю, среди молодежи популярны секс-стимуляторы типа экстази. Но экстази довольно дорогой наркотик, а препарат химика наверняка дешевле, поскольку отсутствуют какие бы то ни было накладные расходы.

– Что вы предлагаете? – спросил Субботин, окончательно перестав жевать.

– Может быть, есть смысл вашим оперативникам потрясти дискотеки и прочие молодежные тусовки?

– Что ж, это идея. И ею надо заняться немедленно.

– А что с Литовченко?

– Пришлось отпустить, предупредив, чтобы он молчал о нашем разговоре.

В районе девяти в номере Субботина стали собираться сотрудники его группы. Появился и Дынин. Субботин тут же дал задание своим подчиненным прошерстить дискотеки. Был утвержден план действий на сегодняшний вечер. Каждый из оперативников должен был задействовать всю имеющуюся у него агентуру среди молодежи для решения поставленной задачи.

После обеда у Субботина снова собралось совещание. Двое оперативников сообщили о том, что работавшие на них информаторы подтвердили, что на молодежных тусовках появилось в ходу новое средство, серьезным образом повышающее половую активность. При этом средство было достаточно универсально – его можно было применять по-разному. Продается оно в гранулах, которые можно растолочь и ввести себе внутривенно или внутримышечно. При желании можно было растворить содержимое в воде и принять внутрь. В этом случае эффективность препарата была меньше.