— Нет, ни фига ты не понял. Ты просто еще один мужик, которому понадобилась часть моего тела. Только тебе нужен мой мозг, а другие предпочитают задницу или рот.

— Послушай, я заплачу тебе за информацию. Так пойдет?

Она замолчала. «Черт, она сейчас бросит трубку!» Но Клаудия удивила его:

— Валяй. У меня на руках маленькая дочь, а еще мне точно понадобится адвокат. Тысячи хватит.

— Тысяча фунтов? — ошеломленно переспросил он.

— Нет, мать твою, злотых! Ты знаешь, что такое злотые? — язвительно поинтересовалась она. Джек еще услышал, как она прошипела «жмот».

— За эти деньги ты расскажешь мне о хирурге? — Она не ответила, и он продолжал настаивать: — Клаудия, речь идет о мужчине, который похищает беззащитных людей и профессионально удаляет у них лица.

— Я знаю. Твоя маленькая помощница рассказала мне.

— Она не говорила, что он похитил мою напарницу, инспектора Кейт Картер? Она где-то твоего возраста. Могла бы, как и ты, стать хорошей матерью, но мы этого никогда не узнаем, если я не найду ее. Кейт иногда действует жестко, но на самом деле она добрая. И храбрая. Немного вздорная, но упорно работает. Клаудия, пожалуйста, помоги спасти ее.

— У тебя красивый голос, старший инспектор Хоксворт.

— Спасибо, — ответил он.

Текли драгоценные секунды.

— Минуту назад я спросила у Сары, какой ты из себя. Знаешь, если бы ты оказался уродом, я бы не стала с тобой разговаривать. Но Сара сказала, что ты похож на кинозвезду.

Джек не ожидал услышать что-либо подобного.

— Так и сказала? — спросил он, просто чтобы выиграть время и придумать реплику поумнее.

— Слово в слово, — ответила Клаудия. — Она соврала?

— Определенно преувеличила.

— С чего бы ей преувеличивать? Она очень честная и умеет откровенно разговаривать с людьми. Она мне понравилась, поэтому я согласилась поговорить с тобой.

— Клаудия, даже не знаю…

— Ладно, красавчик Джек, для тебя бесплатно. Результат не гарантирую, но обещаю все рассказать.

Наконец появилась хоть какая-то надежда.

— А взамен?

— Сходишь со мной на свидание. Приехав в эту страну, я ни разу не надевала красивое платье и не выходила в свет с симпатичным мужчиной, который не пытался бы залезть мне в трусы. Никаких денег. Никаких прикосновений. Я просто хочу поговорить, хочу, чтобы со мной обращались как с настоящей леди. Угостили меня вкусной едой, хорошим вином, покатали в лимузине…

— Я все сделаю! — тут же пообещал Джек. — Я буду твоим принцем, Клаудия, только помоги нам.

— Я не закончила, красавчик!

Джек стиснул зубы.

— А потом ты поможешь мне уладить проблемы с законом и сделаешь так, чтобы я и моя дочь остались в стране.

«Умница», — подумал он.

— Я приложу все усилия, чтобы помочь тебе. Обещаю.

— Поверю на слово. Сара сказала, тебе можно доверять.

— Похоже, вы успели подробно меня обсудить.

— Задавай свои вопросы. Хотя давай я сама все расскажу, быстрее будет. Я несколько лет встречалась с одним клиентом. У него, так сказать, особые потребности. Он никогда не причинял мне боль, но его привычки, как бы лучше сказать… Странные? Индивидуальные?

— Извращенные?

— Да, извращенные. Я не знаю, как его зовут на самом деле. Он просил называть себя Зевсом.

— Зевсом? Как бога из греческих мифов?

— Да, как царя богов. Они вел себя так же. Запиши адрес. Ручку достал?

— Просто назови, я запомню. — Он махнул рукой Саре и повторил за Клаудией: — Форд-Коттедж, Камлет-Уэй, Хедли-Вуд. Понял. Подожди секундочку! — попросил он и обратился к Саре. — Отправь патрульную машину по этому адресу и узнай, кто там живет. — Он вернулся к телефону. — Что еще?

— Он разговаривал как доктор. То есть он никогда не обсуждал при мне работу, но несколько раз упомянул клинику, знаешь, в которой могли бы поработать с лицом. У меня родинка на скуле. Он сказал, что это мой дефект, и предложил удалить ее. А еще сказал, что можно будет сделать так, чтобы морщины не появились. Короче, я не обратила внимания… Я никогда не интересуюсь, чем клиенты зарабатывают на жизнь, — главное, чтобы у них хватало расплатиться со мной.

— Как он себя вел?

— Как любой богатый человек. Очень высокомерно.

— Он причинял тебе боль?

— Нет, никогда. Но он жуткий. Ему нравилось фотографировать на «Полароид» наши лица, ну, в момент оргазма. А однажды он разрисовал лицо мальчика странным маркером. Сказал, что может сделать его еще симпатичнее.

Джек был почти уверен, что «Зевс» — это человек, которого они искали, который сейчас, вполне возможно, резал лицо Кейт. Он закрыл глаза, отгоняя мрачные мысли.

— Как вы познакомились?

— Он приехал, долго присматривался, они все так делают. Потом спросил сколько. Я сказала. Он попросил, чтобы я поехала с ним, но я отказалась. Это правило. Потом, правда, все равно поехала. Но он был единственным, ради кого я нарушила наш закон. Я доверяла ему, — с иронией заметила Клаудия.