Помоги мне Боже.

Я делаю еще одно движение, потом еще. Я еду вперед.

– Получается! У тебя получается, – радостно пищит она, и я поднимаю глаза.

Я делаю еще шаг, и еще. Она отъезжает назад. Я смотрю на нее и снова двигаюсь, приближаясь. Я почти ухватил ее за руку. Еще немного.

Я хватаюсь за протянутую ладонь, и налетаю на нее. Каким–то чудом она устояла на месте, и я обрел равновесие. Мы стоим в обнимку в дурацких роликах посреди дороги. Она очень приятно пахнет.

– Это очень трудно, – говорю я, уставившись глазами в ее макушку, и переводя дыхание.

Она такая крошечная. До знакомства с ней я встречался в основном с моделями, а они все были примерно одного со мной роста. Стоять вот так и опускать голову, чтобы посмотреть на лицо спутницы – это странно для меня. Но приятно.

– И очень полезно. Я буквально слышу, как ты скрипишь. Ты вообще спортом занимаешься? – Дана качает головой и хмурится.

– Бегаю два раза в неделю, - буркнул я.

– Хреново бегаешь, хочу я заметить. Давай, у тебя на обучение есть пять минут. Я же не могу с тобой вечно возиться. Мне надо заниматься своей задницей, иначе она обвиснет и превратится в желе, – при этом она звонко шлепает себя по заду.

Что ты со мной делаешь?

– У тебя симпатичная задница, – пыхчу я, неловко переставляя ноги, и держась за нее.

Прям как Бэмби.

– Именно благодаря этим штукам, – она показывает пальцем на свои ролики. Они розовые.

Это так мило.

Она выскальзывает из моих рук, и отъезжает назад, потом разворачивается по кругу и останавливается.

– В общем, ты – как хочешь, а я занимаюсь спортом. Либо догоняй, либо признай, что ты дряхлая развалина. Догонишь – получишь приз.

Подмигнула и исчезла.

Женщины.

Ладно, Эрик, соберись. Это всего лишь треклятые ролики. Ты взрослый мужик, чего тебе стоит научиться кататься и держать равновесие?

Я медленно скольжу сначала правой, потом левой ногой. Еду вперед. Снова скольжу. Снова вперед.

Колени держать согнутыми. Я смогу, у меня получится.

Я еду.

Я еду по дорожке, немного медленно, но у меня получается.

Осваиваю движения, переставляю ноги, скольжу. Еду. Вижу ее силуэт вдали. Она летит, раскинув руки.

Догонишь – получишь приз.

Я догоняю ее, неловко объезжаю и кричу:

– Где мой приз?

Она проезжает мимо спиной вперед и щурится.

– А ты разве догнал?

Разворачивается и уезжает.

Я набираю скорость и пытаюсь ее нагнать. Она мчится так быстро, как ветер. Она двигается грациозно и красиво. И у нее офигенная задница. Я вижу, как мышцы напрягаются от каждого движения, и это так непередаваемо красиво. Ее движения немного странные, не симметричные. Я заметил это, когда она шла впереди меня в магазине. Но ее это не портит, а, напротив, передает походке неповторимый вид.

Я еду по дорожке, и ветер дует мне в лицо. Я смотрю вперед, она снова раскинула руки. Я улыбаюсь и делаю то же самое.

И я лечу. Я чувствую, что я лечу.

Мне хочется крикнуть об этом. Я хочу кричать всему миру, что я умею летать.

Я догоняю Дану, она едет рядом.

– Устал?

– Немного. В ногах непонятное ощущение. Вроде бы было больно, но теперь прошло

– Ступни привыкают. Я первое время всегда чувствовала боль, но минут через пятнадцать она проходит.

Мы едем рядом, не слишком близко, но и не слишком далеко, чтобы хорошо слышать друг друга.

– Давно катаешься? – спрашиваю я.

– Несколько лет.

– Падала? – я улыбаюсь.

– Миллион раз. Когда в первый раз встала на ролики, упала пять раз. Разодрала коленку и ободрала ладони.

– Поэтому ты в длинных штанах и печатках? – киваю головой на ее черные беговые лосины.

– Да, – натянуто говорит она, – Поэтому.

– Понятно.

– Как получилось, что ты прожил почти сорок лет, и ни разу не катался на роликах и не смотрел футбол?

– Не знаю. Наверное, я зануда.

– Ты не зануда, – она поднимает брови, – Кто тебе такое сказал?

– Никто, это только мое умозаключение после знакомства с тобой, – я улыбнулся, – Ты, правда, не считаешь меня занудой?

– Нет. Я вообще не считаю людей занудами. Не люблю вешать ярлыки.

– Разве тебе никогда не было скучно с кем–нибудь?

– Неа. Я стараюсь расшевелить людей.

– Как меня?

– Ага.

И у тебя получилось.

– Чем займемся после? – спрашиваю я с надеждой.

– Сегодня футбол, Эрик, - Дана с укором смотрит на меня, словно я маленький ребенок.