Даже несмотря на то, что отношения только для слабаков, держать красивую женщину в своих руках всю ночь – прекрасно. Шелковистость ее кожи, запах волос, как она прижимается своей попкой к твоему члену всю ночь… Да. Я могу делать это в любое время.

Дыхание Бриар выровнялось, прежде чем я вырубился. Она тихо похрапывала. Минуточку, разве женщины храпят? Они создают тихие шумы. Правильно? Блин, кого я обманываю… Она храпела. Бриар, должно быть, совсем вымоталась. Раньше, когда мы тусили всю ночь, я всегда засыпал первым.

Когда я вдохнул ее вишневый аромат, дверь в комнату распахнулась. Блять. Я не написал Николасу. Подняв голову, чтобы он меня увидел, убрал руку с талии Бриар и приложил палец к губам, прося его не шуметь. Николас приподнял бровь.

– Ты оставил кого-то сверхурочно? В своей комнате? Ты хорошо себя чувствуешь?
– шепчет он.

– Бриар, - тихо объясняю я, указывая вниз.

Хихикая, он закрывает дверь, и я знаю, что завтра придется все объяснить.

К счастью, вечер заканчивался с правильной девушкой в моих объятиях, даже если я ее не трахнул. Это Бриар, с которой я хотел бы быть при любом раскладе.

Проснувшись утром после лучшей ночи, проведенной мной когда-либо за долгое время, я осторожно убрал руку с талии Бриар, вытащил другую из-под ее подушки и потянулся. Поднявшись, размял затекшую руку, и впервые в жизни я не спешил одеваться и выскакивать за дверь, пока женщина в моей постели еще не проснулась.

На самом деле это было не так неловко, нежели я себе представлял. Вместо того чтобы сбежать на рассвете, я направляюсь на кухню готовить кофе. Пока он варился, Николас вышел из своей комнаты, выглядя так, будто в его дверь постучала смерть, но он отказался отвечать.

– Ну, доброе утро, солнышко, - подшучиваю я, наливая ему кружку кофе и ставя ее на столешницу.

– Не хочешь объяснить, почему мы поменялись комнатами? Или, еще лучше, какого черта Бриар делает в Лондоне?

– Бриар просто приехала, и я не мог позволить ей спать в кровати, где я только что был с какой-то сучкой из клуба. Даже если я ее не трахал, ее голая жопа была на простынях.

– Значит, ты позволил мне спать на шлюхиных простынях? Мужик, это не круто, - его лицо перекосило от отвращения, когда он сделал глоток кофе.
– Если я получу герпес, я надеру твой зад.

– Чувак, у нее нет герпеса. Ты думаешь, я бы трахнул сучку с ЗППП? Не говоря уже о том, что я был достаточно любезен и вызвал горничную, чтобы сменить простыни до твоего прихода.

– Я собираюсь просить провести экспертизу, сэр.

– Что я тебе говорил про это дерьмо с сэром? Когда мы работаем, то ладно, если это делает тебя счастливым. А в другое время - нет. Просто нихрена не делай так.

Я раздраженно покачал головой, когда Бриар вошла в комнату, до сих пор одетая только в мою футболку. Я захотел перепрыгнуть через стойку, схватить простыню и обернуть ее вокруг нее. Мне не хотелось, чтобы кто-то, кроме меня, видел ее такой. Она моя.

Моя?

Блять. Ну вот снова. Мне нужно собраться. Я теряю свой чертов рассудок.

– Доброе утро, - бормочет она, наливая кофе в кружку и усаживаясь напротив нас.
– Ребята, что вы так серьезно обсуждаете в такую рань?

– Ничего, - хором отвечаем мы с Николасом.

– Должно быть, что-то сочное и горячее - слишком быстро ответили, - хихикает Бриар.

– Что-то вроде того, - бормочет Николас, возвращаясь в свою комнату, чтобы подготовиться к выходу.

Уйдя в свою комнату, я оставил Бриар одну за барной стойкой для завтраков, чтобы принять душ и переодеться.

***

Сегодня мой первый день на работе после чудовищного скандала, первый день, когда я должен был быть хорош как никогда раньше, и я полностью разбит, хотя на часах только десять утра. Начиная свой день с женщиной, с которой я спал, но не трахался, заканчивая переодеванием с ней в одной комнате… Я едва справлялся со всеми этими домашними заморочками, что у меня появились.

Возможно ли, что разоблачение так изменило меня? Сделало каким-то другим? Это все, о чем я мог думать… Что я не тот человек, каким был две недели назад. Не уверен, что мне это нравится.

Бриар решила меня сегодня поддержать на съемках, что будет хорошим ускорением рабочего ритма. Я привык все делать сам, и у меня не было помощника, чтобы поменять освещение или деталь гардероба.

Пройдя на склад, где сегодня все будет происходить, я увидел то же пространство, что использовал снова и снова – постройку-муляж в деревенском стиле, местами затемненную, чтобы подчеркнуть отображаемые детали. Это гениальная концепция, и в печатном виде она выглядит идеально.