– Т-ты...
– ну вот с возможностью говорить я прощаюсь.

– Я бы мог тебя поцеловать, - произносит он в миллиметре от моего рта, не обращая внимания на мой лепет. Я чувствую на лице его дыхание, не имея возможности произнести ни слова, просто широко раскрыв глаза, смотрю на него. Все мое тело напрягается в ожидание...чего? Поцелуя? Я замираю, почувствовав его руку, которой он легонько проводит по моей щеке, вызывая стрекочущее желание где-то внизу живота. От прикосновения других парней так не было. Что такое? Он явно довольный моей реакцией опять растягивает губы в улыбке.

– Я вижу, Чита, ты не против, и в машине, а?

Он смеется надо мной? Что за...

– Не смей меня трогать!
– довольно четко произношу я, собрав все силы. Отталкиваю его от себя, он с легкостью перемешается в свой угол. И я, наконец, могу дышать.

– А мне кажется, ты не была против - протягивает он, и слегка наклонив голову, смеряет меня взглядом, от которого по телу пробегает отряд мурашек.

– Ты - придурок!
– в сердцах говорю я, закусывая губу. Эдо не выдерживает и громко смеется. Я бросаю на него короткий взгляд и вспыхиваю ещё больше, если это возможно.

– Это точно, - легко соглашается Микаэл и откидывается на спинку, - поэтому в следующий раз держись от меня подальше.

– Без проблем, - тихо отвечаю я, и отворачиваюсь к окну. Он посмеялся надо мной на глазах у своего друга. Он показал мне насколько я жалкая и что все мои чувства у меня на лбу. Что ж, он прав, это хороший урок. Больше я с ним не заговорю. И облегчу жизнь и ему и себе. Мне просто надо перестать думать о нем. Я на мгновенье прикрываю глаза, чтобы скрыть хоть как-то свой стыд. Но никак. От себя не убежишь. Мне хочется плакать, но слезы потом. Я прикрываю глаза.

Я, просыпаясь, подтягиваюсь и слегка нахмурившись, смотрю в окно. Все темно. Ещё очень-очень рано, или очень - очень поздно. А что это за запах? Боже, какой приятный. Я утыкаюсь носом в подушку и вдыхаю ЕГО аромат, не может быть...Стоп. Я резко поднимаюсь на кровати, ищу рукой ночник. Но его нет. Я оглядываюсь, наконец, могу разобрать контур комнаты. И с уверенностью могу заявить, это не моя комната. Это наша гостевая! Стоп - стоп - стоп. Я что в кровати Микаэля? Как я здесь очутилась? Я вспоминаю, как отвернулась от Микаэля, и закрыла глаза, чтоб собраться и прийти в себя. Боже, я что уснула? И что он нес меня? К себе? Микаэл? Бррр...нет, я должно быть сплю. Я себя щипаю и чувствую боль. Ладно, у меня крепкий сон, допустим, а где он сам? Я поднимаюсь с кровати и тут же спотыкаюсь обо что-то мягкое и падаю, но мягко, так как приземляюсь несомненно, на тоже самое.

– Черт, Чита, - сонно бормочет Микаэл подо мной и шевелится. Его сильные руки обхватывают мою талию и переносят на пол рядом с ним.

– Что я здесь делаю?
– удивленно шепчу я, игнорируя дрожь от его прикосновения.

– Пытаешься меня раздавить, - ворчит он и отворачивается. Сонный Микаэл, забавный. Я улыбаюсь, но в следующее мгновенье я вспоминаю, как он игрался в машине и резко встаю на ноги. Я включаю свет, и оглядываю комнату. Микаэл постелил себе прямо у кровати, взяв одну из двух подушек. Надо же прямо джентелмен. Слегка хмурюсь. Микаэл, со стоном открывает глаза и прищуривается от яркого света.

– Что я здесь делаю?
– повторяю я свой вопрос. Он поднимается, кидает свою подушку на кровать. И он без майки, на его бедрах болтаются джинсы. Боже, идеальные изгибы, но столько шрамов. Откуда они у него? Хочется дотронуться до каждого. Я чувствую, словно что-то у меня защемило в груди. Микаэл устраивается на кровати, затем смотрит на меня и вопросительно ломает бровь.

– Хочешь ко мне, м?
– спрашивает он, когда видит, как я поджимаю губы и качаю головой, выдыхает и закрывает глаза - Чита, дыши спокойно. Ты уснула, так что тебя не разбудить, я смог войти через главный вход, твоя дверь была заперта, больше комнат я не знаю, может, стоило, конечно, тебя в ванну запихнуть, - он резко открывает глаза и ловит мой взгляд, который я не успеваю убрать от начала латинице на его боку. И да, я краснею, по мере того, как, его губы растягиваются.

– Нравится?
– спрашивает он тихо.

– Что?- я смотрю в его глаза.

– Тату, - он поворачивает бок в мою сторону. Заметно как под кожей слегка напряглись его мышцы. Я закусываю губу и закатываю глаза, словно от экстаза.

– Безумно, - томно говорю я, затем хмурюсь, - придурок!

И когда я, выключив свет, выхожу из его комнаты, я явно слышу приглушенный смех. Вот козел. Но больше у него не будет возможности поиздеваться. Мне хватает Власовой в школе, ещё и дома идиота я не выдержу. Если бы для папы это не было бы так важно, я бы его уже умоляла отослать этого парня куда подальше! Но, тем не менее, от мысли, что он меня нес, прижимал к себе, у меня по всему телу весело бегут мурашки. Предатели!

Я быстро проскальзываю в свою комнату, которую стала запирать на ночь, с появлением Трудного Подростка. Я скидываю одежду и надеваю свою пижаму. Когда я забираюсь под одеяло, мои мысли снова возвращаются к нему. Зачем ему нужно было это дурацкое приставание на глазах друга? И зачем я вообще поехала с ним? Волновалась? Нельзя не признать, что этот парень очень сексуальный, и что он меня волнует. Но сейчас меня волнует другая вещь, что если за эти несколько дней, у меня не просто влечение. Что если он мне действительно нравится? Что если, когда я смотрю на него, я вижу силу духа, благородство и веселый нрав, который он тщательно ото всех скрывает. Но это ведь и могло быть мое воображение, я ведь не могла разглядеть человека за такое короткое время. Ведь так? Но чтобы не было, я ему явно не нравлюсь, и он дал мне понять, чтоб я держалась от него подальше. Пусть будет так.