Ж: Аминь.

И под конец они оба рыдают на плечах друг у друга.

Как же это красиво! Меня пробило до позвоночника. Без сомнений, чистая любовь таких счастливых пар должна стать всемирным эталоном, начертанным на скрижалях Небес с заверенными подписями всех богов. К тому же все предельно удобно. После свадьбы не надо идти на большие жертвы, ограничивая свой интерес к окружающему миру. Если большая часть ваших эротических переживаний прошла на диване в гостиной, то можно продолжать там же со всеми тереться, только делать это в присутствии своей официальной половины.

Зависимость от секса — это слабость, стирающая грань между человеком и животным. Люди — словно наркоманы, заложники своего либидо, готовые притоптать торжественные клятвы, оговоренные когда-то перед алтарем, ради пятисекундного спазма с другими телами.

Вы завидуете таким отношениям? Значит, ваша мозговая организация ушла на выходные. Похоже, в нашем веке любовь — редчайший вид чувств, который постепенно вымирает, как и редкие виды животных…

Градус моего отвращения к семейке Pudendi зашкаливает.

Тычусь в очередную дверь с гвоздиками в виде сердечек. Комната за ней кажется мне пустой, но на самом деле это гнездышко любви уже занято. На краю огромной sexy bed в виде того же неизбежного сердца уютно примостились два одутловатых дяденьки с папилломными подмышками. Их яйцевидные головы прикрыты войлочными буденовками, из-под которых торчат лица, похожие между собой широким овалом, картофельными пористыми носами и по-ленински раскосым разрезом глаз. Ягодицы обернуты махровыми полотенцами, из которых вываливаются мужские принадлежности.

Похоже, недра этой полутемной комнаты таят в себе что-то вроде сауны, которую малыми усилиями наши соотечественники сумели превратить в русскую баньку.

Не поверите, они притащили сюда огурцы и виски. Наверное, я застукала за оргией краснодарских агрономов.

Комната освещается одним экраном, призванным заводить гостей доморощенными порнографическими изделиями, но вместо старательно извивающихся девиц по зеленой плоскости носятся высокодуховные люди с цифрами на футболках. Сейчас футболистам платят миллионы, а через несколько лет они превратятся в учителей физкультуры.

На самом деле проблема этой игры решаема: надо каждому парню раздать по мячу, чтобы они успокоились. Правда, болельщики в этом случае долго не протянут — они не могут жить без этого цирка: сидят, ничего не делают, зато каждый знает, как надо играть.

Внезапно один из боровичков поворачивается ко мне и обнажает желтые зубы с огромной щелью посередине: «Клоузд! Хиар клоузд!»

В самом деле, не дает девка старым импотентам футбол посмотреть. Ну что за город?

Не сводя с меня глаз, он с выразительным хрустом откусывает пол-огурца.

И тут в уши ударяет нечеловеческий вопль с экрана: «Гооооооуууул!!!»

Боровик взвывает через непережеванный огурец, гневно бросает буденовку на пол и, обнажив свою старую лысину, вопит: «Не, сольют они чемпионат, басурмане! Говорил, за немцев надо было! Эти без негров играть не умеют!»

Боровики в трауре. Невыносимая утрата. В жизни мужчин нет ничего страшнее, чем 1:3 в пользу Германии.

Мой взгляд пленяют персиковые тканевые стены. Чувствую странные запахи. Воздух пропитан сексом и избытком тестостерона.

Я, конечно, подозревала, что сейчас что-то произойдет, но совсем не ожидала увидеть свою любимую подругу — дерзкую, счастливую… и обнаженную. Весело растопырив ладошки, словно лягушачьи лапки, она резвится в огромном перламутровом джакузи, в котором до нее повеселились еще 30 человек.

Тело Вики удивительно белоснежное — в голом виде она похожа на тлю. Набухшие, как расплавленный воск, губы, стекающая вода с коленок, рисующая прозрачные лабиринты тонкими струйками, ломкие рельефы обнаженных тонких ключиц, беззащитная шея, голубоватые вены возле сиренево-розовых сосков, родинка у точеного пупка, слегка выступающие тазовые косточки спереди, налитые щиколотки, хрупкие кривые пальчики на ножках. Ее блестящая подводка растеклась по опухшим щекам. Волосы растерянно повисли на плечах, словно китайская лапша.

Увидев меня, она с восторженным визгом начинает прыгать, призывая присоединиться. Похоже, Вики решила научить меня зажигать. Девочка «хоть куда», во всех смыслах. Непонятно только, куда делся ее порывистый динозавр, что оставил огненные засосы на ее шее?

Не могу поверить, что получить лицензию на секс с моей подругой оказалось для него проще пареной репы. Ни единого шлагбаума, вперед и с песней!

Думаю, Крис был прав, когда открещивался от роли бабочки, за которой будет носиться полсотни голых энтомологов с волосатыми сачками. После мрачной картины с Вики вопрос с ним наверняка разрешился в кругу местных геев.