Наконец мы очутились в круглой комнате, полной зеркал. Свет попадал в эту комнату через отверстие в потолке, и, отражаясь от зеркала, дробился на тысячи лучей. И в центре этой комнаты, стоя под ярким светом, я наконец-то поддался напору женщины в красном. Мы поцеловались и комната завращалась вокруг нас, все увеличивая скорость, пока зеркала не лопнули и не забрызгали комнату тысячами острых блестящих осколков.

Я открыл глаза и долго прислушивался к своим ощущениям. Была глухая ночь и прямо надо мной висело чистое звездное небо. Рядом горел небольшой костер, спиной к которому сидел Ламберт. Пауль и Кира спали, неподалеку слышалось лошадиное фырканье.

Чувствовал я себя замечательно, полностью восстановившим силы и отдохнувшим. Вот только если бы не привкус тлена на губах. Сладко потянувшись, я откинул плащ и сел. Шут повернул ко мне голову и улыбнулся. Я улыбнулся в ответ и приложил палец к губам, давая понять, что будить спутников вовсе не обязательно. Пусть отдыхают, пока есть такая возможность.

— Темный, ну ты и здоров спать, — усмехнулся шут. — Почти двое суток в общей сложности провалялся.

— Зато я наконец-то выспался, — я сел к костру и заговорщицким шепотом поинтересовался, — осталось чего пожрать?

Ламберт порылся в котомке и протянул мне два сухаря и кусок мяса.

— Твоя доля, все честно, — предупредил он меня. — Еды осталось еще на пару дней максимум. Лошади на болотной траве тоже долго не протянут. Что будем делать, Темный?

— Это зависит от того, где мы сейчас? Далеко от того места, где я потерял сознание?

— Мы прошли еще метров двести вперед, там оказалась этот крошечный островок, на котором и решено было остановиться. И хотя здесь не слишком уютно, у нас не было другого выбора.

— Слева впереди есть холм? — рука с недоеденным сухарем замерла в нескольких сантиметрах от рта.

— Вроде прорисовывался на горизонте, — припомнил парень. — А что?

— Возможно в нем цель нашего похода. Точнее маленькой его части. Ложись спать, Ламберт. Я покараулю.

Шут не стал спорить и, завернувшись в плащ, моментально уснул. А я сидел до самого утра, подбрасывая в костер сухой мох и глядя на звезды. Кто же ты, женщина, поцелуй которой поставил меня на ноги???

К холму, который указал Невеар, мы подошли спустя полтора часа после рассвета и остановились, задрав голову кверху.

— Видал я такие холмы, рядом с которыми этот — просто равнина, — пробормотал я себе под нос, вспомнив Льюиса Кэрролла.

Только здесь все было наоборот. По сравнению с остальными холмами этот был если не горой, то уж точно горкой. Метров двести в высоту и где-то полкилометра в диаметре.

— Уверен, что Вирм внутри? — тихо поинтересовался я, отойдя в сторону.

«А ты сам не чувствуешь?» — отозвался некромант.

Я прислушался к внутренним ощущениям. Ничего необычного я не чувствовал — холодно, мерзко, противно и, кажется, у меня промокли ноги и начинается насморк.

— А что я должен чувствовать?

«Холод, исходящий из глубины холма, страх, возможно, скорую смерть», — хихикнул призрак.

— Да ну тебя, — отмахнулся я. — Ребята, нам нужно обследовать холм. Но предупреждаю, это может быть смертельно опасно.

— Мы все с тобой, Первый Мастер, — шут ободряюще похлопал меня по плечу. — В жизни и после смерти.

— Не хватало мне еще после смерти вас созерцать, — усмехнулся я. — Лошадей оставляйте здесь. Думаю, никуда ни не денутся. Идем друг за другом, цепочкой. Будьте готовы абсолютно ко всему. В том числе и бежать сломя голову.

— Куда бежать? Болота кругом.

— Вот в них и бегите, пока я буду думать, как всех спасти, — нервно рассмеялся я, хотя доля правды в этой шутке была. — Двинули.

За пару часов мы облазили холм вдоль и поперек. Причем дважды. И ничего. Никаких следов входа или выхода, только мох, лишайник, пара скрюченных деревьев и булыжники.

— Когда уже можно бежать? — издевательски хохотнул Ламберт.

— Когда рак на горе свиснет, — огрызнулся я. — Невеар!

«Ась? — насмешливо отозвался некромант. — Во имя Мортис! Вот что значит отсутствие хорошей школы. Темный, у тебя же таланта действительно больше чем у меня, по крайней мере, силы больше раза в три точно, а ты так и не научился ее правильно использовать».

— Сейчас я обижусь и пожалуюсь на тебя Альберику, — честно предупредил я. — Сколько можно издеваться? Каждый раз одно и тоже. У меня ведь не было лысого жреца, который помогал бы мне в моих начинаниях по завоеванию всего мира.

«Напугал», — фыркнул король-призрак. — «Ладно, раз я обещал тебе помогать, то буду делать это по мере возможностей. Что-то мне подсказывает, что нас ждет еще много интересного. Пойдем-ка прогуляемся вокруг холма».

Мои спутники уже не удивлялись моим разговорам с самими собой, но когда я вновь побрел на холм, Ламберт не преминул вновь меня подколоть: