Я моргнул. В темноте распахнулся желтый глаз с черным зрачком, размером с баскетбольный мяч. Затем темнота колыхнулась и из нее вылезла голова костяного дракона и щелкнула пастью рядом с моим лицом. Костяные зубы со скрежетом сомкнулись, перекусив пополам мою рубаху, которую я инстинктивно швырнул в монстра. Дракон рыкнул и спрятался обратно в темноту. Не дожидаясь повторного его появления, мы рванули вверх по лестнице. Вылетев из подземелья, мы буквально скатились с холма и бросились к лошадям.

Земля за нашими спинами дрожала. Холм вздрогнул раз, другой, а затем его вершина раскрылась, словно бутон гигантского цветка, обдав нас градом земляных комков. Раздался жуткий вой и из дыры вырвался крылатый ужас, Вирм Хозяин Топей.

Тело костяного дракона было длиной около шести десятков метров, причем добрую половину этого размера составлял хвост. Голова на короткой шее оканчивалась пастью, в которой без труда бы поместилась половина любой из наших лошадей. В глазницах полыхали желтые глаза. Гигантские крылья без труда несли по воздуху огромную тушу, хотя как дракон летит без перепонок, было для меня неясно. Туловище больше напоминало два штакетника, соединенных костяной перемычкой-позвоночником.

— Не многовато ли приключений для одного болота? — задрав голову кверху поинтересовался Ламберт. — Думаю, бежать бесполезно?

— Был бы лес, можно было бы и рискнуть, — поддержал его Пауль и по привычке крепко сжал рукоять топора. — Но на открытом пространстве, а тем более болоте, дракон догонит нас раньше, чем мы утонем.

— Видишь, Кира, они все-таки существуют, — я толкнул девушку локтем. — Надо просто верить и ждать.

— Я тебе тоже самое говорила, Темный, — отозвалась девушка. — Будем прощаться?

— А я вас предупреждал, что не стоит со мной идти, — я вздохнул. — Берите лошадей и постарайтесь уйти как можно дальше. Я задержу его. Возможно, когда он вернет кольчугу, то успокоится.

— Нет уж, — воровка вытряхнула из волос случайно попавшую туда травинку. — Мы останемся и посмотрим, как ты будешь забарывать дракона. Тем более такого злого и мертвого.

Злой и мертвый дракон тем временем заложил крутой вираж и понесся в нашу сторону, разинув пасть. Подлетев поближе, он изогнулся и выпустил в нашу сторону облако ядовитого зеленого тумана. Смрадное дыхание не успело коснуться наших ноздрей, я успел прикрыть людей и животных ширмой. Правда, из-за ее размеров мне пришлось потратить много сил, но думать о восстановлении было некогда. Я взмахнул Молотом Забвения, не достал и, пока дракон делал повторный заход, побежал на вершину холма. Все же постоянно прикрывать своих друзей я не мог.

Вирм ушел практически вертикально вверх и затем камнем начал падать вниз, прямо на то место, где я стоял. Значит, я все-таки прав, ему была необходима кольчуга. Что ж, попробуй, отними.

Хлопок в ладони, и навстречу распахнувшему пасть Хозяину Топей устремилась Волна Праха. Это заклинание я швырнул наобум, предполагая, что на дракона оно не подействует Так и случилось. Вирм прошел сквозь Волну Праха и на полной скорости врезался в землю, подняв в воздух кучу грязных брызг. Я едва успел откатиться в сторону.

Дракон вскочил на четыре лапы и заозирался по сторонам. Он искал меня и даже понятия не имел, насколько я близко. Пьющий Души легко вошел в левую лопатку костяного чудовища. Вирм взвыл и снова рванул в воздух, унося меня с собой.

Мама! Я же с детства высоты боюсь. Не смотреть вниз, только не смотреть вниз. Цепляясь за кости и пробивая их кинжалом, я двигался вперед, к голове, единственному уязвимому месту на теле дракона.

А что только Вирм не вытворял, чтобы сбросить меня. Мертвые петли, бочки и штопоры были лишь малой толикой виражей, которые заламывал летающий ящер. Земля и небо менялись местами с совсем уж неприличной частотой, иногда перед глазами проплывала тройка людей, задравших головы и разинувших рты.

Если бы шея у Вирма была немного длиннее, он смог бы изогнуть ее и попытаться меня укусить, а так я был вне пределов его досягаемости, и единственной мыслью для меня оставалось не сорваться.

От ветра слезились глаза, и ветер свистел у меня в ушах, но я упрямо полз по дракону, метр за метром, цепляясь за кости и малейшие наросты на скелете. Подтягиваясь и преодолевая сопротивление ветра, я наконец-то добрался до головы и, сев дракону на шею, заглянул в его глаза. Не могу точно сказать, что я в них прочитал. Боль, облегчение, горечь, обреченность, надежду… А возможно мне все это показалось, когда я воткнул Пьющего Души в левый глаз Вирма. Ящер взревел и начал заваливаться на бок, не переставая плеваться смертельными облаками зеленого цвета. Я дернул кинжал, пытаясь направить костяного монстра к земле, и мне это почти удалось.

Хозяин Топей камнем пошел вниз, и тогда я вонзил кинжал в правый глаз дракона. Ослепленный, издыхающий ящер забился в воздухе, в последней отчаянной попытке сбросить меня. Но силы уже покидали некогда великого монстра.

У самой земли я дернул дракона за глазные впадины и заставил принять горизонтальное положение. Вирм упал в болото, послышался хруст ломающегося скелета и во все стороны брызнули осколки костей, которые моментально, прямо в воздухе превращались в труху. Меня сильно приложило о землю, по счастью смягченную мхом, кувыркнуло несколько раз через голову и протянуло по земле метров двадцать. Ударившись спиной о поваленное мертвое дерево, я наконец-то остановился, сидя задницей в глубокой луже. По лицу катились капли грязной воды, смешанные со слезами и кровью из прокушенной губы. Было ужасно больно и все кости ныли, но я все равно улыбался. Кольчуга Первого Мастера теперь принадлежала мне, и я еще на шаг стал ближе к своей цели. Осталось найти шлем и секиру, и искать Видящего. Держись, Тень. Осталось совсем немного.