Аня остановилась посреди коридора, вдруг почувствовав, как противна ей вся эта обстановка; этот запах готовых котлет, которые девочки жарили себе и охранникам; тусклая лампочка без абажура…

— Успела-таки, — «мамка» вышла из комнаты с пустой бутылкой и двумя стаканами.

— К чему? — не поняла Аня.

— К тому, что Сашка в больницу загремел, поэтому Толику некогда с тобой заниматься, иначе ты б давно уже тут на коленях ползала и рыдала кровавыми слезами!.. Или, может, тебя кто замуж позвал? — в ее голосе звучала такая явная издевка, что Аня от обиды прикусила губу, — вижу, сучка, — «мамка» погрозила пальцем, — учти, мы это мигом обломаем — расскажем всю твою биографию.

— Никто меня замуж не звал, — Аня обвела взглядом обшарпанный, мерзкий коридор. Если б у нее появилась, хоть малейшая возможность, никогда больше не приходить сюда!..

…Господи, да для Вадима я могла б и мыть, и стирать, и убирать — я б всему научилась! Но, дура, упустила свой шанс; погналась за синей птицей — захотела, чтоб он сам пригласил… а все закончилось так, как и должно было закончиться…

— Собирайся! — «мамка» грубо втолкнула Аню в комнату.

— Куда собираться?..

— Вместе с Мариной отработаешь корпоратив, в сауне.

— Только не в сауне! — Аня знала, что это наверняка групповуха, продолжающаяся всю ночь, а денег, как правило, получается — ноль. Хорошо еще, если обратно до города довезут, а не выкинут где-нибудь по дороге.

— Выбирать будешь жениха, а здесь делаешь то, что скажут, если хочешь деньги получить!.. Чтоб через полчаса была готова! За вами приедут, — видя испуганное Анино лицо, «мамка» немного смягчилась, — да ты не бойся — два очень приличных бизнесмена, на «Мерседесе»; они все уже оплатили вперед…

Знала Аня эти «Мерседесы» и этих «бизнесменов». Ей уже доводилось участвовать в таких мероприятиях, но обычно ее жалели, потому что она всегда молчала, покорно делая то, что прикажут — зато она видела, что бывает с теми, кто повернется не так, взглянет косо, не говоря уж о том, чтоб открыть рот не по делу. А ведь раз на раз не приходится…

«Мамка» вышла, и тут ж появилась Маринка.

— О, привет, потеря ты наша! — воскликнула она с ходу, — где пропадала?

— Нигде! — в Ане возникло жуткое желание бросить все — одежду, косметику, деньги, которые ей должны, и убежать… нет, врезать «мамке» по морде и потом убежать!.. Что они сделают? А ничего!.. …Это сейчас ничего… — трезвый рассудок все-таки взял верх над эмоциями, — а потом, Толик, точно, изуродует на всю жизнь… а кто знает, кем я буду после сегодняшней ночи?..

— Анька, да что с тобой? — Маринка села, закинув ногу на ногу и закурила, выпуская тонкую струйку дыма, смешно вытянув губы, — прикинь, какая невезуха — мне тут вчера один лох мимо кассы две сотни оставил, а я спрятать не успела. Теперь, вот, сука, в баню меня гонит.

— Меня тоже.

— Ну, тебя-то — святое; тебя она, вообще, грозилась за ноги подвесить. Кстати, я видела мужиков, которые нас забирают — ничего, нормальные; так что, не расстраивайся.

— Марин, — достав сигарету, Аня присела на постель, — с такими, как мы, «нормальных» не бывает, — но вдруг вспомнила Вадима. …Нет, все-таки бывают!.. А если и здесь похожий вариант? Не один же такой Вадим на всем белом свете?..

— Брось ты, — Марина махнула рукой, — нормальные — не нормальные, по крайней мере, не колхозники и не «братки».

Веселый Маринин голос как-то незаметно развеял панический ужас перед предстоящей ночью, и когда «мамка», приоткрыв дверь, коротко бросила: «на выход!», обе послушно поднялись, и даже сердце у Ани не ёкнуло.

Их, действительно, ждал черный «Мерседес» с тонированными стеклами и широкоплечим водителем, который, не оборачиваясь и не проронив ни слова, тронулся, едва девушки захлопнули дверцы. Было еще совсем светло, и Аня внимательно смотрела в окно, на всякий случай, запоминая дорогу. Они так и не покинули город, хотя долго кружили мимо глухих заборов умерших еще в перестройку заводов, пока не остановились перед железными воротами, за которыми виднелись раскуроченные остовы каких-то машин и механизмов. Это обрадовало Аню — по крайней мере, их завезли не лесной кордон или турбазу, откуда до ближайшего транспорта добираться несколько километров.

— Приехали, птички, — объявил водитель.

Девушки робко вылезли из машины и остановились, оглядываясь по сторонам. Сама обстановка промзоны совершенно не располагала к комфортабельному отдыху — даже оптимистка Марина, почувствовав это, сжала Анину руку.

— Господи, куда это мы приехали?..

Водитель позвонил и калитка в воротах приоткрылась; оттуда высунулся парень в белой майке и тренировочных штанах.

— Заказ прибыл, — доложив, водитель уселся на крыло «Мерседеса», — забирай развлекалку.

Молодой человек распахнул калитку и отступил в сторону.

— Заходите.

Ане показалось, что, если она переступит границу и войдет в этот мир ржавого, искореженного железа, то обратной дороги уже не будет. Но и другого выхода у нее не было — позади сидел водитель, отрезая путь к бегству. Шестым чувством Аня ощущала, что он усмехается, глядя им в спину.

Марина вошла первой. Парень не повел их вглубь территории, а свернул к одноэтажному домику, стоявшему у самого забора. Открылась дверь — Аню поразил контраст между тем, что она успела увидеть снаружи, и чистым, отделанным светлым деревом прохладным холлом, из которого дальше шел полутемный коридор, увешанный картинами; из глубины доносились раскаты мужского хохота. Судя по ним, мужчин было явно не двое, хотя другого никто и не ждал — главное, чтобы они оказались не сволочами…