За время разлуки с товарищами никаких значительных перемен ни в жизни Билла, ни в его характере, ни в облике, не случилось.

– Надоело отсиживаться по всяким норам на дне, но, думаю, скоро можно выпустить перископ, а потом и всплыть, - поведал он. – Мафия до сих пор роет землю после этой истории в ресторане, но никак не поймет, с чьей стороны прилетели пули.

– Так, может, нам и не о чем волноваться? – встрепенулся Джон.

– Может… Но я всегда забочусь о ваших шкурах, - продолжил Худой Билл невозмутимо. – Сообщаю: мне выпала удача заполучить надежные документы. Их прежний владелец уже покинул сей мир, не оставив после себя криминальной истории, а значит, и отпечатков пальцев во всяких вероломных картотеках. Но, увы, мои «пальчики» там имеются. Поэтому приходится жить скучно, обходясь без приключений. Но ведь я подумал и о вас! Так что через неделю можете обзавестись страховкой: новыми водительскими лицензиями и паспортами с чистыми псевдонимами…

– Эти люди, что, тоже...
– выдавил Серегин начало деликатного вопроса.

– Увы, - скорбно откликнулся дружище Билл.

– Неплохая идея, если ты не разочаруешь меня с ее ценовым воплощением, - настороженно и витиевато высказался Джон.

– Всего-то пара тысяч, - ответил Худой Билл, потупив взор. – С каждого.

– Идет… - процедил Джон сквозь зубы.

А Серегина вдруг неудержимо потянуло в Москву. Он хотел увидеть родителей, Аню, повиниться перед ней, рассказать, что разлука была продиктована чужой волей, и теперь он готов строить жизнь с ней и только с ней… И почему бы в самом деле не забрать ее сюда, в Штаты? Да, именно так он и поступит!

Отстраненно беспокоил вопрос о вероятных инсинуациях госбезопасности, но прошедшее время затмило прежние страхи, кроме того, на связь с ним никто не выходил, а потому думалось: вдруг, все, да и забылось? Тем паче, в бурлившей переменами России чиновные кресла переходили изо дня в день от седалищ к седалищам, был реформирован и предан анафеме КГБ, а потому особенного риска в поездке он не ощущал.

Но в московском аэропорту случился неприятный казус: в джинсах Серегина, некогда оставшихся вместе с другими вещами на армейском вещевом складе перед отправкой в Ирак, а ныне небрежно брошенными в чемодан, российская таможня обнаружила два боевых патрона «парабеллум».

Как они оказались в одежде, Серегин не помнил, но то, что - благодаря именно его головотяпству, сомнений не вызывало. Далее произошло то, что в футболе именуется удалением с поля на первой минуте матча… Его уже уводили в местную камеру предварительного заключения люди в штатском, но тут из недр памяти ясно выплыл телефон энергичного опера Евсеева.

– Прошу позвонить… Выполняю задание… - обратился он к сопровождающему его официальному лицу, чей облик прямо и бесспорно ассоциировался с принадлежностью лица к кадрам тайной карательной организации.

Через час Евсеев помогал ему с погрузкой чемодана в багажник своей черной служебной машины, стоявшей под знаком «Остановка запрещена». Патрульный «гаишник» с палкой, куривший неподалеку, умело машину игнорировал.

Еще через час Серегин обнимал маму и папу, а вечером позвонил Ане.

Услышав ее голос, выдохнул с затаенным страхом:

– Ну, я вернулся…

– Зачем?

– К тебе, - ответил угрюмо и убежденно.

– Я ждала этого звонка, - произнесла она напряженно, словно через силу. – И боялась его… Хорошо, приходи. Но только это будет или твоим окончательным возвращением, или…

– Мне кажется, я вернулся навсегда… По крайней мере, к тебе.

И ему действительно так казалось.

Он убедил ее уехать с ним в Штаты: мол, придумаем что-нибудь с дальнейшим иммиграционным статусом на месте, главное – получить разовую визу, однако попытка с визой провалилась: поездку одинокой русоволосой красавицы, незамужней, американский консул посчитал подозрительной, возвратив из окошечка паспорт с черной меткой отказа.

Это был удар для Серегина. Оставалось и в самом деле сочетать Аню и Джона законным фиктивным браком в Москве, но тут заупрямилась она, принципиально чуждая каких-либо авантюр и подлогов.

– Пойми! – каялся Серегин. – Я пошел на «фиктивку», ибо не было иных вариантов, но теперь, чтобы жениться по-новой, должен получить развод, а на него в Штатах уйдет год!

– А тебе так нужны эти Штаты? – грустно спросила она.

– Да они всем нужны! – ответил он раздраженно. – Посмотри на этих депутатов, чиновников, толстосумов… Все стремятся к счетам и к особнякам подальше от российской границы! Где климат помягче, да валюта потверже. Посмотри и на народ: его нынешняя вера только в доллары!