Спустя полчаса рассматривания диковинных серебристых штучек с завитушками, которые Рихард назвал 'столовыми приборами', я поняла, что в этот вечер мне суждено умереть от голода. Нет, я не совсем тупая, ложку я узнала, и вилку тоже, но одну, нормального размера и с четырьмя зубцами. Так, произведем подсчет: знакомых предметов — два. А всего — четырнадцать. По семь с каждой стороны от тарелки, которых тоже было больше, чем надо. Три.

— Кьяра, миледи, позвольте Вас так называть?!

— Да, конечно, называйте… — горестно вздохнула я.

— А вы меня Аарон или Шейн! — приятный тембр голоса вывел меня из тяжких раздумий о неграмотности собственной персоны в таком важном предмете, как 'Секреты трапезы в герцогском замке!'.

— Мне казалось что искусство шеф — повара замка Сумрак не оставит вас равнодушной?! — милый граф, только Вам и есть дело до меня. Рихард же, как присел на стул, так и болтает с Летицией. И глаз с неё не сводит.

— Да… Оно меня не оставляет… равнодушной. И кушать хочется, — последнее я прошептала. Но меня услышали. Господин Шейн, конечно.

— Так в чем же дело?! — в очередной раз греюсь в лучах его легкой улыбки.

— Ну — у-у, в этом! — протянула я, понижая голос. Мои пальчики, едва касаясь, пробежались по стройным рядам 'столовых приборов', — Просто кошмар!

— Миледи, это мелочи, поверьте! Следите за мной и повторяйте все мои действия!

— Только не спешите!

— Кьяра, для Вас я могу двигаться столь медленно, сколько Вы пожелаете! — вот я не поняла, речь всё еще о столовых приборах?!

Но мысль эту я додумать не смогла, ибо желудок стал главенствовать над головой. Я повторяла движение за движением, жест за жестом, и, о, слава богини, что-то, напоминающее вареную печень утки, с чем-то похожим на грушу, наконец, попало ко мне в рот. А теперь вино. Слегка пригубили. Промокнули губы салфеткой…

Богиня, как же я люблю тебя и весь мир! И вас, Аарон Шейн! И тебя, неизвестный мне повар! И тебя, утка, добровольно или нет пожертвовавшая свою печень, дабы я не умерла от голода! И…

— Кьра, должен заметить, леди Летиция — прекрасный пример для подражания! Замечательная хозяйка, прилежно следит за модой и, если не ошибаюсь, великолепная наездница! — дорогой Рихард, и коню понятно, что ты хочешь этим сказать.

— Правда?! — надеюсь, мои круглые глаза выражают достаточно удивления и восхищения.

— О, Харди несколько преувеличил, многое мне не доступно…

— Угу, как отыскать достойного жеребца для столь великолепной наездницы! — и чего это она на графа Лайнвуда так злобно посмотрела?! — Перевелись, наверное, в Прайоре дур… чистокровные скакуны! За границу не собираетесь, баронесса?!

— Не в этом году, граф!

— Ах, да. Некоторые финансовые проблемы у Вашего супруга, что-то такое слышал!

— Это всё глупости! — а смех ненатуральный, как у механической куклы. Я на ярмарке такую видела. — Не верьте слухам…

— Кстати, о слухах! Шейн, что ты слышал о Северных племенах мраров?!

Ну, вот, только самое интересное начиналось. Теперь сиди и слушай скучные мужские разговоры. Хотя, вот тот мясной рулетик я еще не пробовала!

— Леди Рокьяра, а вы уверенны, что обладаете достаточной силой, чтобы соответствовать такому великому… учителю, как герцог Даремский?! — так, вижу, аппетит мне всё-таки испортят. Вот чего ей неймется, сижу, тихо жую, никого не трогаю!

— Думаю, леди Моррэ, герцогу виднее, чем я обладаю! — и мило так улыбаемся. Похоже, ответ мой не понравился.

— И всё же, столько лет! Ни одна благородная семья не смогла убедить герцога взять хоть одного одаренного отпрыска, даже наследников титулов и состояний, а тут, простите, Вы! — так, мне тоже мило улыбаются. Даже милее, чем я.

— Леди Моррэ, поясните, что Вы имеете в виду?! — короче, что надо этой мымре?! Рихард пока с Аароном о политике не заговорил только ей и внимал! Ага, с подобострастным выражением лица деревенского дурачка!

— Ну, миледи, хотя не думаю, что ваши родители титулованы. Ах, не важно… — а глазки её так и бегают, от меня к Рихарду, от меня и опять к нему. Посматривает, прислушивается ли он к нашему разговору?! — Мы же с вами понимаем, что область ваших… так скажем, познаний лежит больше в горизонтальной плоскости, чем в сфере тонких материи?!

Вот что она сейчас сказала, кто-нибудь понял?! Если да, объясните мне.

— Чего?! — да, так и спросила. Мои ж родители не титулованы!

— Горизонтальная плоскость, милочка! Стол, пол, постель… и прочее, думаю, Вы меня поняли! Так как?! — нет, вы слышали, наглая тётка, хоть куда. Это она меня сейчас кем обозвала?!

— Да, магия, она знаете, так сильна во мне, что порой страдают и стол, и пол, и даже постель! Вот вчера в спальне уже вторую кровать поменяли! — что-то с баронессой не то, личико позеленело и щека дергается. — Вина, миледи?!