– Тогда почему она сюда не переедет?

– Потому что она сможет добиться успехов в балете только в Нью-Йорке. – Лэндон пропускает еще одну машину, хотя мы и так еле двигаемся.

– И ты просто так бросишь здесь все и переедешь ради нее? – усмехаюсь я.

– Да, лучше уж так, чем быть вдалеке от нее. И вообще, я не против переехать. В Нью-Йорке наверняка очень здорово. В отношениях надо учитывать мнение обоих, понимаешь? – говорит он, взглянув на меня. Козел.

– Это ты на меня намекал?

– Не совсем, но если тебе так показалось, то, может, и намекал.

Перед машиной спотыкаются какие-то пьяные идиоты, но Лэндону, похоже, никак не мешает, что они перегораживают нам дорогу.

– Заткнись уже, а? – Сейчас он ведет себя просто как кретин.

– То есть ты не переехал бы в Нью-Йорк ради Тессы?

– Именно про это я тебе и говорю. Я не хочу жить в Нью-Йорке, а значит, я не буду там жить.

– Ты же знаешь, что я имею в виду не Нью-Йорк, а Сиэтл. Она хочет жить в Сиэтле.

– Она поедет со мной в Англию, – заявляю ему я и делаю радио в машине погромче, чтобы закончить наконец этот разговор.

– Вдруг она не захочет? Ты же знаешь, что ей хочется другого, так зачем ее принуждать?

– Я ни к чему ее не принуждаю, Лэндон. Она поедет со мной, потому что мы должны быть вместе, и она не захочет оставаться здесь одна. Все очень просто.

Снова смотрю на телефон, чтобы отвлечься от раздражительной беседы со сводным братом.

– Ты просто засранец.

Я пожимаю плечами.

– Я и не утверждал обратного.

Я звоню Тессе и жду, когда она ответит. Но она не отвечает. Охренеть, просто отлично. Надеюсь, она хотя бы еще будет дома, когда я вернусь. Если бы Лэндон не ехал так чертовски медленно, мы бы уже были на месте. Я молчу, ковыряя кожу вокруг ногтей. Наконец Лэндон останавливается у моего дома – кажется, мы ехали сюда три долбаных часа.

– Все прошло неплохо, правда? – спрашивает он, когда я выхожу из машины, и я усмехаюсь в ответ.

– Да, неплохо, – признаюсь я. А затем поддразниваю: – Если ты кому-нибудь об этом скажешь, я тебя убью.

Лэндон со смехом выезжает с парковки. Я облегченно выдыхаю – слава богу, те парни не надрали ему задницу.

Захожу в квартиру и вижу, что Тесса лежит на диване и крепко спит. Я не бужу ее, а просто сижу рядом и смотрю на нее.

Некоторое время я наблюдаю за спящей Тессой, а затем поднимаю ее на руки и несу в спальню. Не просыпаясь, она обнимает меня и прижимается к моей груди. Я осторожно кладу ее на постель и накрываю одеялом по пояс. Я нежно целую ее в лоб и уже собираюсь отойти и тоже переодеться ко сну, когда она вдруг что-то произносит.

– Зед, – бормочет она.

Она только что?.. Я не отрываю от нее взгляда, снова проигрывая в голове последние три секунды. Она же не сказала, что…

– Зед. – Она улыбается и переворачивается на живот.

Какого хрена?

Мне хочется ее разбудить и потребовать объяснить, почему она произнесла его имя – дважды – во сне. С другой стороны, с моей ненормальной и идиотской стороны, я знаю, что она скажет. Тесса скажет, что мне не о чем волноваться, что они просто друзья, что она любит только меня. Может, это и правда, но она только что произнесла его имя.

Услышать, как с ее губ срывается имя этого засранца, после разговора с чертовым Лэндоном, так уверенным в будущем, – это уже слишком. Я ни в чем не уверен, не уверен так, как он, а Тесса, по-видимому, не уверена во мне. Иначе бы ей не снился Зед.

Беру ручку и бумагу, оставляю Тессе записку на комоде, а затем ухожу.

Я поворачиваю к бару под названием «Таверна на Канал-стрит». Я не хочу идти туда – вдруг наткнусь на Нэта и его компанию, – но рядом есть еще одно местечко, куда я часто заходил выпить. Обожаю штат Вашингтон и недоумков, которые никогда не просят показать удостоверение личности.

В моей голове все еще звучит голос Тессы, предупреждающий, что после того раза мне больше не стоит пить, но мне уже похрен. Мне надо выпить. Затем я слышу голоса Зеда и Лэндона. Почему все думают, что меня волнует их мнение?

Я не собираюсь переезжать в Сиэтл – Лэндон может идти со своим дерьмовыми советами на хрен. Если он хочет бежать за своей девушкой куда угодно, это не значит, что того же хочу я. Я прекрасно представляю эту картину: я собираю свои манатки и еду с ней в Сиэтл, а пару месяцев спустя она понимает, что с нее хватит, и бросает меня. Сиэтл станет ее миром, а не моим, и она сможет с легкостью вытеснить меня оттуда.