Подъезжаю к бару: внутри не очень много народу, тихо играет музыка. За барной стойкой стоит знакомая блондинка и смотрит на меня с изумлением и интересом.

– Давно не виделись, Хардин. Скучал по мне?

Она ухмыляется и облизывает свои полные губы – судя по всему, вспоминая ночи, проведенные вместе.

– Ага, а теперь налей мне что-нибудь выпить, – отвечаю я.

Когда я просыпаюсь, Хардина нет рядом. Наверное, пьет кофе или принимает душ, так что я смотрю на часы в телефоне и заставляю себя встать с кровати. Хотя вчера я никуда не ходила, я чувствую себя жутко уставшей и даже особо не стараюсь привести себя в порядок – просто натягиваю джинсы и майку с логотипом универа. Я подумываю надеть бриджи для йоги, чтобы опять подразнить Хардина, но нигде не могу их найти. Зная его, я могу предположить, что он их куда-нибудь спрятал, чтобы никто другой меня в них не увидел.

Я снова заглядываю в верхний ящик, а затем закрываю его, и с комода падает листок бумаги.

«Пошел позавтракать с папой», – написано рукой Хардина. Я одновременно и сбита с толку, и рада. Я правда надеюсь, что Кен и Хардин будут стараться наладить отношения.

Я думаю, что они уже должны бы освободиться, и пытаюсь дозвониться Хардину, но он не берет трубку. Отправляю ему сообщение и еду в университет, чтобы встретиться с Лэндоном в кофейне.

Я добираюсь туда и захожу внутрь – Лэндон сидит за столом и показывает на два стаканчика.

– Я уже взял тебе кофе, – с улыбкой говорит он и двигает стаканчик ко мне.

– Как мило, спасибо.

Сладкий, но с горчинкой кофе помогает мне наконец проснуться, но я тут же начинаю переживать из-за того, что Хардин мне не отвечает.

– Смотри-ка, мы с тобой как все обычные студенты, – шутит Лэндон, показывая сначала на мою футболку, а потом на свою – точно такую же. Я смеюсь и делаю еще один глоток прекрасного кофе.

– Кстати, а где Хардин? – ухмыляется Лэндон. – Сегодня он тебя почему-то не провожает.

Я пожимаю плечами.

– Не знаю. Он оставил мне записку – сказал, что ушел рано на завтрак с отцом.

Лэндон замирает со стаканчиком в руке и изумленно на меня смотрит.

– Правда? – Через мгновение он кивает и добавляет: – Ну, и не такое случается.

Из-за его слов я начинаю еще больше волноваться. Но ведь Хардин ушел позавтракать с отцом. Правда?

Мы с Лэндоном идем на пару, и боль в моей груди становится все сильнее – Хардин до сих пор не ответил на мои сообщения.

Когда мы садимся на свои места, Лэндон смотрит на меня и спрашивает:

– Все хорошо?

Но я не успеваю ничего ответить, потому что вижу, что профессор Сото уже пришел.

– Всем доброе утро! Простите за опоздание, я вчера очень поздно лег. – Он улыбается и снимает кожаную куртку, а затем перекидывает ее через спинку своего стула. – Надеюсь, все успели купить или украсть себе дневник?

Мы с Лэндоном переглядываемся и достаем свои дневники. Оглядываясь вокруг, я замечаю, что только двое студентов, кроме нас, сделали то же самое, и снова поражаюсь, почему остальные всегда не готовы.

Но профессор Сото, машинально поправляя галстук, продолжает как ни в чем не бывало:

– Если не успели, то просто достаньте листок бумаги, потому что половина занятия у нас уйдет на первое письменное задание по дневнику. Я еще не решил, сколько всего их будет, но, как я и говорил, именно от дневника будет в основном зависеть ваша оценка. Так что вам придется приложить хоть немного усилий. – Он усмехается и садится, задрав ноги на стол. – Я хочу узнать ваше мнение о вере. Что она для вас значит? На этот вопрос не существует неверного ответа, независимо от вашей религии. Можно рассмотреть эту проблему с разных сторон. Например, верите ли вы в существование высших сил? Считаете ли вы, что вера приносит людям счастье? Об этом можно размышлять и по-другому: поможет ли вера в кого-то или что-то изменить ситуацию? Есть ли смысл верить, что изменивший вам любимый человек перестанет таким быть? Делает ли вера в Бога… или нескольких богов вас лучше по сравнению с неверующим? Вот вам тема, делайте с ней, что хотите… просто сделайте что-нибудь, – говорит он.

Мой мозг уже полон идей. В детстве я ходила в церковь, но надо признать, что моя связь с Богом не всегда была прочной. Пишу в дневнике и постоянно думаю о Хардине. Почему он не позвонил? Он всегда мне звонит. Он оставил записку, так что с ним все в порядке, – но где он сейчас? Долго ли он еще будет где-то пропадать?

С каждым сообщением, оставшимся без ответа, паника все возрастает. Но он так изменился, стал вести себя лучше.

Вера. Может, моя вера в Хардина была очень сильной? Если я продолжу верить в него, он изменится?

Не замечая, как летит время, я исписываю три страницы. Большая часть оказавшихся на бумаге слов шла откуда-то изнутри, минуя разум и сердце. Я написала о вере в Хардина и чувствую, что мне стало легче. Профессор Сото завершает занятие, и Лэндон рассказывает, о чем написал он. Он решил порассуждать о вере в себя и свое будущее. Я, не задумываясь, написала о Хардине. Даже не знаю, как к этому относиться.

Остаток дня тянется жутко медленно, ведь Хардин до сих пор не объявился. К часу дня я успела позвонить ему еще три раза и отправить восемь сообщений, но не получила ответа. Из-за этого я чувствую себя ужасно – особенно учитывая, что я только что написала о вере в него и своих переживаниях, – но прежде всего я надеюсь, что он не наделал каких-нибудь глупостей, которые могут помешать нашим отношениям.