– Нет, милая, Алиэн дочь от второго брака, - Маора повернулась и жестом позвала стоявшую неподалеку хрупкую темноволосую леди.
– Это моя дочь и сестра Рэйнэна - Глэйрэн.

– Здесь, что можно иметь несколько жен?
– Тамми, вдруг стало, невероятно жаль леди Маору, там, где она жила, мужчина выбирал себе женщину один раз и навсегда.

– О,- Маора горько усмехнулась,- Авергардам можно все! В том числе и то, что нельзя простым смертным. Мне искренне жаль, что выбор императора пал на тебя, никто лучше меня не понимает, что ты сейчас чувствуешь.

– Вас тоже привезли сюда силой? Девушке внезапно стало понятно, почему женщина так на нее смотрела. Лицо Маоры на мгновенье передернулось, словно от боли.

– На тот момент, когда император Керр, увидел меня и решил, что я подхожу на роль его супруги, у меня уже был жених... Меня уволокли прямо со свадьбы. Всех кто пытался меня защитить... Их больше нет.
– Маора замолчала и теперь смотрела, словно сквозь Таммиэлиэн пустым и потухшим взглядом. Тамми стало тошно от осознания того, что сделали с этой красивой и гордой женщиной, девушку вдруг захлестнуло волной гнева и отчаяния, - Вы ведь могли отсюда сбежать, вы же темная, у вас есть магия! -Много раз. Я пыталась много раз, - Маора оттянула рукав платья и Тамми увидела уродливые шрамы, испещряющие ее запястья, - Керр каждый раз находил меня и жестоко наказывал. А когда родилась Глэйрэн, просто взял и выбросил вон. Я смогла увидеть свою дочь, только, когда Рэйнэн стал императором, впрочем, как и мать Алиэн.

Стихийница с ужасом переводила взгляд то на леди Маору, то на Глэйрэн, пытаясь переварить чудовищную информацию. Каким же монстром нужно быть, что бы так поступить с матерью своего ребенка? Ей стало страшно, страшно настолько, что руки непроизвольно стали дрожать. А что если и ее ожидает та же участь? Поддавшись панике, Тамми ухватилась за Маору и прошептала:

– Помогите мне выбраться от сюда.

Мать и дочь испуганно переглянулись, Маора отрицательно покачала головой.

– Ты с ума сошла! Куда ты пойдешь? Тебя найдут, и будет еще хуже.

Тамми с опаской оглянулась на стоящего в нескольких шагах от нее Рэйнэна, потом снова зашептала: - Просто помогите мне покинуть дворец, а дальше я сама...

Маора хотела что-то сказать, но, увидав, что Рэйнэн идет обратно, спокойно улыбнулась и стала говорить, что ей было приятно познакомиться с Тамми.

Император вернулся какой-то напряженный, и вцепился в Тамми мертвой хваткой, не отпуская ни на секунду, даже когда подошла Алиэн и пыталась поговорить по поводу завтрашнего дня и предстоящей свадьбы.

Время тянулось бесконечной вереницей мелькающих перед ней лиц людей, имена, которых Тамми даже не запоминала. Она устала, голова кружилась, ноги стали словно каменные. Девушка не могла дождаться, когда весь этот фарс закончится. Она даже не поняла, что заиграла музыка и, Рэйнэн обхватив ее за талию, повел за собой в медленном танце. Лица и фигуры, танцующих вокруг, стали расплываться, вязкая темная магия оплетала ее своими цепкими щупальцами, не давая свободно вздохнуть. Тьма протянула к девушке невидимые руки и приняла в свои объятья. Последнее, что видела Тамми, падая в спасительную бездну забытья, был полубезумный взгляд завораживающих бирюзовых глаз темного императора.

***

Рэйнэна накрыло волной страха, когда Тамми вдруг закрыв глаза, стала медленно оседать на пол. Подхватив девушку на руки, он вылетел из зала, снося на своем пути волной магии всех, кто попадался ему под руку. Тревога не покидала его с того момента как Эркан озвучил ему содержимое яда которым пытались отравить стихийницу, он знал, что это тот самый яд которым пытались отравить его мать еще до того, как целитель произнес его название. Положив девушку на кровать в своей спальне, он, хмурясь, смотрел на ее бледное лицо, не понимая, что могло случиться. Руки у Тамми были ледяными и Рэйнэн взял их в свои пытаясь согреть. От мысли, что она может не прийти в себя, горло вдруг сдавило ледяной рукой ужаса. И это чувство было как гром среди ясного неба. Ничего подобного Рэйнэн не испытывал за всю свою жизнь. Ему не было страшно даже тогда, когда рядом в стихии огня медленно сгорало тело его отца. Он не привык к кому-то испытывать, что-либо подобное. Рэйнэн наклонился над девушкой, с шумом втягивая в себя ее неповторимый запах и зарываясь лицом в облако ее волос. Несколько секунд он просто смотрел, как бьется тоненькая жилка на ее белоснежной шее, а потом осторожно накрыл ее своими губами, чувствуя, как бьется ее пульс, как движется по венам в ней жизнь. И в голову ударил хмель, пьянящий аромат ее кожи,сводил с ума, лишал воли, отключал разум.Губы Рэйнэна перестали его слушаться. Они жили своей жизнью, покрывая шею и лицо Тамми легкими, воздушными поцелуями, захватывая в плен ее податливые нежные уста. Он не мог ей напиться, жажда сжигала его изнутри, как странника, прошедшего по пустыне, и добравшегося до спасительной влаги. В этот миг она была его оазисом, его живой водой, его спасением. Рэйнэн перестал себя контролировать, просто растворился в нахлынувших на него чувствах и, это было что-то такое новое, такое неведомое, расцветающее в груди жарким огненным цветком. Девушка пошевелилась, и император мгновенно отпрянул от нее, он не хотел видеть, как в глазах малышки появляется затравленное выражение от его близости или прикосновений. Он не мог понять, почему вдруг для него стало так важно, боится она его или нет. Веки Тамми дрогнули, она открыла глаза, постепенно приходя в себя.

– Что случилось?

– Ты потеряла сознание, слишком много волнений за один день, не стоило тащить тебя на этот вечер. Тамми попыталась подняться, но Рэйнэн остановил ее нажатием руки на плечо, потом поднялся с кровати и направился к выходу.

– Лежи, я позову Арху и распоряжусь, что бы тебе принесли поесть. Ты измотана.

Император закрыл за собой дверь и, облокотился спиной о прилегающую к ней стену, в попытке привести свои чувства в порядок. Там за тонкой преградой была та, что отныне занимала все его мысли. Еще день и она будет принадлежать ему по праву. А будет ли? Рэйнэн закрыл глаза, обдумывая, каким будет его следующий шаг. Он боялся ее сломать, боялся принуждать, не хотел видеть в своих руках сломленную, покорную рабыню, но и отпускать ее Рэйнэн не собирался. Никогда. И решение пришло само собой, оно далось так легко как вдох или выдох. Рэйнэн улыбнулся сам себе, представляя, сколько сплетен и слухов повлечет за собой его поступок и, оттолкнувшись от стены, пошел звать на помощь кормилицу. Только ей он мог доверить свою маленькую невесту.

***

Следующий день прошел в безумной суматохе. Не смотря на то, что Арха пыталась всячески ограждать Тамми от посетителей, их было слишком много. От бесконечных примерок порядка сотен свадебных нарядов у Тамми пестрило в глазах, ей, по сути, было все равно, что на нее наденут, но Алиэн каждый раз воротила носом, утверждая, что это не то платье, в котором должна появиться в храме будущая супруга императора. Пока в комнату не внесли что-то похожее на облако тончайшей паутины кружев усыпанной россыпью сверкающих драгоценных камней. Кружева облегали руки и фигуру Тамми причудливой вьющейся вязью, оставляя открытыми шею и плечи. Платье застегивалось на спине на длинный ряд круглых жемчужных пуговиц и от талии ниспадало мягкими струящимися фалдами, переходящими в длинный полупрозрачный шлейф. Алиэн смотрела на девушку долгим пристальным взглядом, а потом, неожиданно улыбнувшись, сказала: