Но Вильям Сандберг оставил свои вопросы при себе. Поскольку они, похоже, добрались до конечного пункта своей прогулки и оказались в подземном холле, большой лишенной окон комнате с прямыми самолетными креслами и диванами и барными столиками, где можно было подождать начала какой-нибудь важной встречи или совещания, отдохнуть в перерыве и обсудить что-либо в непринужденной обстановке. Именно для этого она явно предназначалась, поскольку далее, вне всякого сомнения, находилась какая-то аудитория, куда и лежал путь Вильяма. Металлическая дверь в нее уже стояла открытой, и они, не останавливаясь, проследовали прямо туда.

Даже если совещательная комната, где Вильям впервые встретился с Франкеном, произвела на него впечатление своими размерами, она выглядела крошечной каморкой по сравнению с помещением, куда он вошел сейчас. Посередине его находился большой круглый стол по меньшей мере на тридцать сидячих мест с пустым пространством посередине.

С внутренней стороны висели вплотную друг к другу двадцать выключенных экранов, а всю остальную площадь снаружи занимали ряды прикрепленных к полу стульев, и, судя по всему, это было место, где руководство проводило большие совещания, где прочим более мелким сошкам отводилась роль немых слушателей или мальчиков для битья.

Помещение более напоминало зал совещаний парламента небольшой страны, чем совещательную комнату, и Вильям посчитал, что те, кто привел его сюда, добились желаемого эффекта. Он был просто потрясен увиденным, почувствовал себя песчинкой и понял, что здесь инициативой владели они, а никак не он.

Его подвели к столу.

И он занял место в синем обитом плюшем гибриде стула и вращающегося кресла.

Вокруг сидели полтора десятка мужчин в военной униформе, в то время как остальные стулья были пусты. И из окружавших его лиц он, помимо Коннорса, узнал только Франкена.

– А ты не слишком старый, чтобы бегать по ночам, – сказал тот.

– Я не настолько старый, чтобы мне можно было рассказать правду.

Франкен приподнял брови. Все правильно, означало это. Но он покачал головой.

– Тебе приходилось оказываться в моем положении, не так ли?

– Я никогда никого не увозил против воли и не заставлял пахать на меня. Если ты это имеешь в виду.

– Тебе же приходилось работать с секретными материалами, – парировал Франкен спокойно, – а также с персоналом, не получавшим полной картинки. Ты знакомил своих помощников только с теми данными, которые требовались им для выполнения задания. Здесь нет ничего странного.

– Два больших отличия, – возразил Вильям. – Я никогда не убеждал никого из тех, с кем я работал, что они знают всю правду от начала до конца.

– Мы четко дали тебе понять, что не сказали всего. Тебе не нравится это, но разве мы утверждали что-то другое?

Он, естественно, был прав, и Вильям сделал движение головой, являвшее нечто среднее между одобрительным кивком и отрицательным покачиванием, оставив открытым обширное поле для его толкования.

– А второе отличие? – спросил Франкен.

– Я всегда предоставлял моим сотрудникам всю информацию, необходимую им для выполнения работы.

Франкен покачал головой. Без намека на недовольство на лице, но снисходительно, как бы давая понять, что, по его мнению, Вильям уже знал все необходимое, но отказывался в этом признаться.

– Один из самых важных инструментов у тебя с собой, Сандберг? Ты же понимаешь.

Никакого ответа.

– Свежий взгляд.

Вильям ухмыльнулся:

– Я предпочитаю, чтобы мне доверяли.

– А мы предпочитаем быть уверенными в нашем деле. Ты вел бы себя точно так же на нашем месте. Ты должен знать только то, что тебе необходимо, ни больше ни меньше.

– Итак, почему мы сидим здесь?

Прошло какое-то время, прежде чем Франкен ответил:

– Что госпожа Хейнс рассказала тебе?

Вильям посмотрел на Франкена. И о чем, собственно, речь? Ликвидация последствий? Надо узнать, какую информацию он уже получил, и позаботиться, чтобы не узнал ничего больше.

– Она не успела зайти особенно далеко. Появились вы, мы побежали. Вы нашли нас у дамы в кувезе, которая чувствовала себя не лучшим образом.

Вильям не понял до конца, почему так подумал, но в какой-то момент у него возникло ощущение, что преимущество на его стороне. Они не знали, о чем ему известно. И он быстро прикинул, как извлечь максимальное преимущество из такой ситуации. Пауза. А потом он решил взять командование на себя.

– Вы не могли бы на минуту отложить в сторону ваши ролевые игры? Вы так старались заполучить меня сюда. Вам ужасно хотелось, чтобы я выполнил для вас некую работу. Вот и все, что мне известно.

Пауза. Главным образом, для большего эффекта. А потом: