— Приятно было познакомиться с вами обоими. — Генри рассмеялся. — Доброй ночи, Нед. Рад, что вы нашли общий язык. Теперь, когда я уеду, у Джека будет товарищ.

— Отлично. Мне это тоже подходит, потому что по выходным нас с миссис Уокер весь день не бывает дома. Спасибо, все получилось отлично. Кстати, мы уговариваем его остаться здесь, Брайант, так что покажите ему самые лучшие места в Бангалоре.

Джек заговорщицки постучал по переносице, так что все четверо рассмеялись, особенно Нед, потому что сегодня все в мире как будто начало становиться на свое место.

«Жизнь хороша», — думал он позже, когда Флора Уокер, нахлопотавшись, удалилась.

Нед лежал в просторной кровати, с колыхающимся пологом от москитов на четырех столбиках. Ножки кровати утопали в сосудах с водой, чтобы не подпускать насекомых, а в окна с распахнутыми ставнями плыл прохладный ночной ветерок. Его дыхание наполняло комнату дивным ароматом цветка под названием «Королева ночи». Так объяснила Флора.

Это благоухание напомнило Неду ночь самоубийства матери, но он твердо решил, что никто не испортит его хорошего настроения и не развеет надежд.

— Гарольд говорил тебе о телефонном звонке сегодня утром? — спросила Флора.

— Спасибо, Сабу, — поблагодарил Нед мали [16] , который заменил его опустевшую фарфоровую чашку другой, со свежим горячим чаем.

Сидя на веранде, где Флора обожала завтракать, они пили ароматный напиток и любовались садом.

— Нет, он ничего не говорил.

— Ох, ну что за человек! — воскликнула Флора, и ее глаза потемнели от волнения. — Сабу, хозяин уже вышел на прогулку?

— Ненадолго, мадам.

Флора виновато взглянула на Неда.

— Ты, наверное, уже заметил, что Гарольд любит прогуляться по утрам. — Тут раздался хлопок входной двери. — А вот и он, уже вернулся.

Появился Уокер, на ходу возмущаясь усиливающимся движением на улицах Бангалора.

— Просто невозможно перейти дорогу — того и гляди, переедет джатка. Как будто одних рикш было недостаточно! Да еще и автомобили! Сегодня утром я насчитал не меньше десятка этих механических чудовищ! — бормотал он. — Как насчет чая, Сабу?

— Сейчас, сэр. — Мали бросился прочь, без сомнения, ставить на плиту новый чайник.

— Доброе утро, Нед, — поприветствовал гостя Гарольд.

— Доброе утро, сэр. Предвосхищая ваш вопрос, хочу сказать, что я спал как младенец. Мне кажется, я уже несколько лет не отдыхал так, как в последние три ночи.

— Это все прохладный бангалорский воздух, сынок. Еще одна причина остаться здесь. Хватит называть меня «сэр». Так ко мне обращается мой персонал.

Нед благодарно улыбнулся.

— Гарольд, расскажи ему о телефонном звонке, — с мягким упреком произнесла Флора.

— Я как раз собирался, мамочка.

— В таком случае поторопись! — воскликнула она.

Нед уже начал привыкать к певучей манере разговора, присущей Флоре, и к тому, как она прибавляла «па!» или «а!», если была эмоционально чем-то затронута.

Гарольд вздохнул и заговорил, обращаясь к Неду:

— Не знаю, радоваться тому, что у нас установлено это новомодное устройство, называемое телефоном, или, наоборот, огорчаться. Внезапно оказалось, что меня можно легко и быстро найти. Так или иначе, сегодня утром нам позвонили и спрашивали о тебе.

Нед поставил чашку на стол и спросил:

— Это был доктор Гренфелл? С Беллой все в порядке?

— Насколько мне известно, с ней все в полном порядке, сынок. Нет, это был не Гренфелл. Хотя тоже доктор. Его зовут Брент.

— Доктор Брент? — Неду внезапно стало нехорошо. — Из Рангуна?

— Именно, — с удовлетворением подтвердил Уокер. — Он, по-видимому, очень рад тому, что наконец-то напал на твой след. Брент сказал, что уже несколько месяцев тебя разыскивает.

— Нед, милый, ты так побледнел. — Флора тревожно нахмурилась.

Чувство благополучия, которое установилось у Неда за последнее время, внезапно испарилось. Он вспотел, в горле возник спазм, ему стало трудно дышать.

— Нед?! — повторила Флора и опустила на стол свою чашку. — Что с тобой, сынок?

Он собрался с мыслями и пробормотал, заикаясь:

— Э… гм… да… Простите. Просто упоминание имени Брента вызвало много тяжелых воспоминаний.

— Конечно же!.. — Флора бросила огненный взгляд на мужа. — Извини. Это было так нечутко с нашей стороны.