— Слушай, у тебя впереди целый день на размышления. Чем впадать в хандру, лучше получи удовольствие! — засмеялся Джек.

Нед постарался последовать этому совету.

— Так где мы? Прекрасное место.

— Это парк Каббон. Он назван в честь одного из его основателей. Устроен британцами для британцев — небольшой кусочек дома в колонии. Здесь ты увидишь цветы, деревья, кустарники, все знакомые по родине. Просто невероятно. А теперь взгляни туда — церковь Святой Троицы. А вот эти два ориентира в каком-то смысле обозначают территорию парка. Первый, вон там, — променад под названием Саус-Пэрейд, а дальше — озеро Ульсор. На его берегу британцы любят устраивать пикники. Кроме того, здесь есть молочные фермы, выращивают ячмень и пшеницу и в небольшом количестве виноград.

— В самом деле?

— Почему нет? — Джек состроил кривую гримасу. — Нам ведь нравится пить свежее молоко, есть наш хлеб, мы любим свое пиво. Даже офицеры слишком уважают европейское вино, чтобы терпеть местное. Ты хотел бы пить молоко козы или буйволицы?

— Парк кажется огромным. — Нед поморщил нос.

— Не меньше ста акров.

Они поприветствовали двух женщин средних лет с группой детей. Все были одеты в наряды пастельных тонов, а женщины держали зонтики — верный признак высокого статуса.

— Прямо как в Кью-Гарденз [17] .

Молодые люди стали рассказывать друг другу о себе, о своей жизни. Нед узнал, что Джек — шахтер, а тот — о том, как Синклер рос и воспитывался в Шотландии.

Внезапно Нед умолк, потом заметил:

— Чудесная музыка.

— Я вел тебя к эстраде. Сюда. — Они свернули на тропку, осененную кронами гигантских деревьев европейских видов. — Кажется, они репетируют. Это оркестр Королевских военно-воздушных сил. Они будут играть в субботу вечером. Посмотри, вот статуя королевы Виктории. А там мемориал короля Эдуарда Седьмого. — Он указал в другую сторону.

— Ах, — произнес Нед, улыбаясь, когда они вышли из зарослей на площадку. — Эстрада.

Брайант не ошибся: оркестр Королевских военно-воздушных сил репетировал. Не жалея сил, оркестранты дули в трубы, выдавая самый последний фокстрот.

— Джек, ты танцуешь?

— В Пензансе было не слишком много возможностей для этого. Но я умею танцевать.

— Я знаю, что они играют. Если хочешь, могу научить этому танцу. Он называется белый джаз, или фокстрот.

— Может, придем сюда в субботу вечером?

— Я не собираюсь на людях танцевать с тобой!

— Я с тобой тоже не буду, — расхохотался Джек. — Я подумал, можно познакомиться с девушками.

— Неплохо бы. — Глаза Неда расширились.

— Видишь, как много здесь всего интересного. Пошли. На Саус-Пэрейд есть одно местечко под названием «Три туза», там подают отличный кофе. У меня весь день распланирован!

За чашкой того, что, как Нед не мог не согласиться, оказалось превосходным кофе в европейском стиле, который подавали на серебряных приборах темнокожие люди, облаченные, как и в клубе, в крахмальную белую традиционную одежду, кроваво-красные тюрбаны и кушаки, его мысли вернулись к Бренту.

— Джек, я подумал, может, ты зашел бы сегодня вечером к Уокерам?

— Я ожидал, что ты спросишь.

— Это трусость с моей стороны?

— Нет, предусмотрительность. Но встретиться с ним ты должен наедине. Я загляну немного позже. Так у тебя будет предлог прекратить разговор. Ты сказал, он придет в шесть?

— Примерно. Хорошо бы тебе появиться в шесть двадцать.

— Договорились. — Джек осушил чашку. — А теперь я продемонстрирую тебе безумие, яркие краски и веселье Кэмершл-стрит. Там есть все, что можно купить за деньги.

— Так-таки все?

— Так-так, Синклер. — Джек приподнял брови. — Ты, я вижу, вовсе не столь наивен, да?

Нед нашел в себе силы улыбнуться. Впрочем, на душе у него стало легче, а предстоящий разговор с Брентом представлялся ему теперь не чем-то таким, из-за чего надо беспокоиться и нервничать, а обычным событием, которое придет своим чередом и так же уйдет.

Было странно оказаться в доме, когда в нем не было Уокеров, но точно без четверти шесть Сабу вежливо провел Неда на прохладную заднюю веранду. Садовник все еще трудился над грядкой с овощами.

— Напиток, сэр? — спросил Сабу. — Может быть, джимлет? [18]

Нед не вполне себе представлял, что это такое, однако он определенно не намерен был говорить «нет» чему-то, что, судя по названию, не являлось просто прохладительным напитком. Несколько минут спустя мали вернулся с подносом, на котором красовался широкий бокал на высокой ножке, с ломтиком лайма на ободке.

— Спасибо, — поблагодарил он. — Сабу, я не намерен предлагать напитки этому посетителю.