– Ну кто ж так.
– Прервал мои размышления голос Ларисы.
– Он у тебя уснет сейчас. Ты вообще хоть раз кому-нибудь минет делала? А ну кыш! Смотри и учись.

Я даже глаза открывать не стал и так понятно, что там происходит: Лариса спрашивает, растерянная Танька трясет или мотает головой. Хорошо хоть Ларка в рассуждения о несчастной судьбе её мужа не пустилась. Да и, о чем это я, не могло такого быть, она умная, берега знает. Ну вот, не смелые пальчики Таньки сменил уверенный захват Ларисы, а неинтересное, пусть и трогательное своей наивностью, но неинтересное вазюканье губами по головке изменилось на глубокое, со скальжением по языку и нёбу, погружение в Ларискину глотку. Я даже застонал давая понять на сколько её действия мне приятны. Приятны, вот только не долги.

– Повтори.
– Приказала она оставляя меня.

Я опять не открываю глаза. Короткая возня, более смелые объятия и... Вот, так гораздо лучше. До Ларисы еще далеко, но это уже не движения похмельного алкаша старающегося попасть в рот горлышком пивной бутылки. А вообще непонятно, чего Ларка так с ней возится? Мозеса с ходу ломать начала, а с этой возится. Сломает - факт. Видит, что она крепче?
– Возможно. А, все равно дура такая же. Того жена гнет и ломает вынуждая бросаться во все тяжкие, эту жизнь и многочисленные ошибки, что успела наляпать за свои не полные 27. Два сапога. Кстати - идея, Мозес и Танька, пардон - пока Танька, еще чуть-чуть и будет Ирма. Имечко мне конечно не нравится, Мозес и солидней и элегантней, а Ирма - обыденно и просто, особенно на фоне Мозеса.

– Так ты его до оргазма не доведешь.
– Снова голос Ларисы, и ведь права - не доведет. Ну или трудиться ей прийдется долго-долго, пока мне самому не надоест.
– Ну-ка, кыш. Смотри и учись.

– Да уж, хотелось бы получить вознаграждение за использование меня в качестве тренажера.
– Вставляю свои 15 копеек я по прежнему не открывая глаз.

– Молчи, наглядное пособие.
– С усмешкой обрывает меня Лариса.
– В Москве есть курсы минета, там даже экзаменаторам не платят.

– Адрес можешь не давать.
– Смеюсь я.
– Не пойду.

– Во-первых, - не обращая внимания на мое последнее замечание продолжает поучать Лариса, - что ты его муслякаешь. Минет, это театр, с ним надо играть, импровизировать. Во-вторых, у мужиков не только член есть, вокруг него множество всяких замечательных мест которые тоже не стоит лишать внимания. Эй ты, тренажер, ноги чуть раздвинь.

– Фи, как грубо.
– Отвечаю я но подчиняюсь.

– Вот так.
– Снова оставляет без внимания мою реплику Лариса и я чувствую как её рука стискивает мне мошенку одновременно пальчиком упираясь в анус.
– Легко, массируя.
– Её палец на первую фалангу нежно погружается в меня.
– И вот теперь уже ротик.

За дальнейшим не слежу. Если она что-то и говорит отрываясь от меня - не слышу полностью отдавшись ощущениям. А Лариса может, ох как может. Обе её руки задействованы: одна нежно тискает мошенку не забывая ласкать мой темный ход, вторая занята на стволе вместе с губами. Язык не дергано мечется по головке а скользит, скользит на всю глубину вбираемого члена и трепещет вместе с глотательным рефлексом заставляя набухать головку. Когда Лариса коротко отрывается я уже не слышу что она говорит Таньке, но по появившимся на мне рукам, по тому как не смело она дотрагивается до сосков и неумело их теребит догадываюсь. Откидываю руку в сторону, натыкаюсь на чье-то бедро, скольжу вверх - волосы - Танька. Беспардонно стискиваю её ногу до границ боли запуская большой палец в её истекающую соком пещерку. Слышу стон, но что в нем, наслаждение или недовольство - не понимаю, да и плевать. Свободной рукой хватаю её за руку, привлекаю к себе преодолев несмелое сопротивление и впиваюсь в губы - отвечает, даже удивительно. Отвечает не пытаясь вырваться и не прекращая терроризировать мои соски. Кончаю сильно, мощно, в спазме оргазма кажется даже кусаю её. Последним осколком разлетевшегося сознания отмечая, что Лариса не останавливается, впитывает мои выстрелы и все дальше и дальше наращивает темп, кажется её пальчик уже полностью во мне, головка гудит от перенапряжения отправляя все новые и новые легионы семени в самую глубь её рта.

Жара сауны тому причиной, мастерство Ларисы, или поцелуй Таньки, а целуется она, надо признать, куда лучше чем сосет, но кажется я вырубился. На секунду, короткое, незамеченное ими мгновение, но вырубился. Если бы упавшая рука больно не стукнулась о полати, может и больше пребывал в неге после восхитительного оргазма, но, что случилось, то случилось.

– Учись, девочка.
– Насмешливо сказала Лариса. Я приоткрыл глаза: от меня поспешно отстранялась запыхавшаяся и малиновая Танька. Лариса напротив, словно ничего и не было, встала и теперь спокойно созерцала распластанного меня ни мало не смущаясь стекающего по подбородку семени.

– Иди сюда.
– Она привлекла к себе тяжело дышащую Таньку.
– Слизывай.

– Что?
– Не поняла она, но и вырваться не попыталась.

– Беленькое по мне течет, видишь? Вот это и слизывай, не тупи.
– Девушка послушно начала слизывать стекающее семя.
– Ниже тоже есть.
– Заметила Лариса ставя левую ногу на нижнюю полку.
– Ты меня, Сашка, чуть не утопил, ужель две недели запас не сбрасывал?

– Копил.
– Кивнул я с удовольствием наблюдая за сморщившейся, но продолжающей работать языком Танькой.
– Ни времени ни возможности не было. Да и сил, если честно.

– Сегодня наверстаешь.
– Усмехнулась Лариса и прикрикнула на остановившуюся рабыню.
– Еще ниже пропустила!

– Но тут...
– Попыталась возразить она.

– Я говорю есть, значит есть. Лижи. Или никогда мужской спермы на вкус не пробовала?

– Нет.
– Чуть оторвавшись нашла смелость ответить она.

– Как не пробовала? 27 лет и ни разу тебе в рот никто не кончал?

– Нет.

– И самой не интересно попробовать было?
– Засмеялась Лариса.

– Нет.
– Воспользовавшись допросом Танька оторвалась от Ларисы, которую вылизывала уже в районе пупка.