На протяжении нескольких минут ни один из нас не говорит ни слова. Я не слышу ничего, кроме свиста ветра за окном и барабанной дроби его сердца. Все еще сильной.

– Говори, Вест, - шепчет он, - ты меня пугаешь.

Я вздыхаю. Его слова звучат совсем не спокойно, тем не менее, я пытаюсь убедить себя в обратном.

– Извини, я просто… устала.

– Да, я тоже, - отвечает он. У него действительно усталый голос. Я уверена, что мне это не показалось.

– Тогда, спи, - говорю ему я.

Корд качает головой. Даже в тусклом свете мне заметны первые признаки замешательства в его взгляде. Его речь начинает замедляться.

– Не могу. Нам надо действовать, пока еще не поздно. Здесь не безопасно… для тебя. Если… она действительно собирается… вернуться.
– Он хмурится, делает движение, чтобы сесть, пытаясь таким образом избавиться от неожиданно окутавшего его тумана.

Я укладываю его обратно.

– Останься, Корд. Я не хочу, чтобы ты пока вставал.

Он прищуривается, глядя на меня.

– Что? Ты же знаешь, мы… не можем остаться.
– Он протирает глаза руками.
– Черт, я без сил. Я чувствую себя… странно.

Я молчу, моя нога лежит поверх его. Я прикасаюсь рукой к его щеке и поворачиваю его лицо к себе так, чтобы я могла видеть его, а он - меня. Его взгляд уже затуманивается, он борется с желанием закрыть глаза.

Я провожу рукой по его подбородку.

– Я делаю это для себя и для тебя, - говорю я ему.
– Для нас обоих, понимаешь?

Я вижу, что сначала он не понимает, а потом в его глазах появляется тревога, не смотря на то, что они закрываются. Я прижимаюсь своими губами к его, от их нежности у меня захватывает дух.

– Что бы там ни было, я тоже люблю тебя, Корд.

Не знаю, слышит ли он меня или уже провалился в сон. Думаю, может быть, лучше и не знать. Тогда будет о чем спросить его, когда я вернусь.

У меня есть где-то двенадцать часов, плюс-минус, если я не слишком ошиблась с весом Корда. Теперь остается только молиться, что она появится вовремя.

Я целую его еще раз, прежде чем встать с кровати.

Поправляя укрывающее его одеяло, я снова напускаю на себя холодность - закрываюсь, возвращаюсь к прежней бесчувственности, в которой чуть было не потеряла себя… и Корда. Остается только Вест-страйкер и простой инстинкт убить или быть убитой.

Как бы я ни сопротивлялась, именно Корд всегда не давал мне утонуть. На этот раз я вступаю в борьбу, чтобы спасти нас обоих.

Быстрая, но тщательная проверка моего дома показала, что внутри её нет.

Оказавшись одна на кухне, я закрываю за собой заднюю дверь. Я двигаюсь лениво и почти беззаботно, как будто впереди ещё куча времени. День больше не ограничен обычными рамками. Всё остальное не имеет значения; важно только то, что происходит здесь и сейчас, только этот отрезок времени, выкроенный и предназначенный исключительно для нас двоих: моего Альта и меня.

Обычно я сижу лицом к кухонному окну, откуда можно смотреть наружу на задний двор. Подходя к столу, я снимаю и кладу рядом рюкзак. Потом отодвигаю стул и сажусь так легко, как будто я никогда и не уходила.

Прошлое пытается напомнить о себе - рассвет, пробивающийся сквозь приоткрытые жалюзи, вызывает воспоминания о тысячах ранних семейных завтраков, которые больше никогда не повторятся - но я отметаю его с легкостью, которая меня и удивляет, и успокаивает.

Открыв сумку, я достаю свой пистолет и ножи и выкладываю их перед собой. Их силуэты, сплошь состоящие из зловещих линий и смертельных изгибов, выделяются на фоне теплой янтарной текстуры хорошо знакомого соснового стола.

Я смотрю вниз на то, во что превратилась моя жизнь. Не в таком смысле в каком Корд, но они - единственное, что осталось постоянным в моей жизни. Что меня пугает, так это то, что я не знаю, смогу ли когда-нибудь без них обходиться, даже если мне удастся пережить этот день. Спасательная шлюпка или якорь… не могу решить, чем я хочу, чтобы они были. Если у меня вообще есть выбор.

Быстрым уверенным движением я перезаряжаю пистолет и убираю оставшиеся патроны обратно в рюкзак.

Рядом лежат выкидные ножи. Я рассматриваю их в холодном сером свете. Грязные рукоятки покрыты крапинками засохшей потемневшей крови. Но это не важно. Их внешний вид ничего не значит, пока они не подводят меня, когда надо. Я открываю их один за другим в поисках зазубрин, искривлений, заедающих соединений. Ничего.

Последний нож принадлежал Глэйду. Он отличается от остальных хотя бы тем, что он практически новый. И новый нож, и свежие метки у него на запястьях почти убеждают меня в том, что я была его первым заказом, официально или нет. Сложно сказать, что именно я чувствую по этому поводу: удовлетворение от того, что я нанесла удар моему Альту, забрав ее Корда или сожаление от того, что ранила ее самым ужасным способом… ее, которая почти я.

Качество ножа отменное, так что выбор сделать не трудно. Я засовываю его в правый передний карман джинсов, как запасной вариант, на случай, если не удастся воспользоваться пистолетом. Второй нож, как обычно, в правый задний карман. Левое плечо по-прежнему достаточно чувствительное, сомневаюсь, что стоит на него рассчитывать. Тем не менее, я кладу еще один нож в левый карман куртки. На всякий случай.