Колумб, вновь бороздивший эти моря в 1502—1504 гг., был теперь уже лишь одним из многих мореходов Карибского архипелага. В ходе исследований Карибского моря с 1500 по 1542 г. были нанесены на карту и отчасти ограблены (с убийствами местных жителей) все острова и побережья от Флориды до района современного города Веракрус в Мексике (между прочим, в 1539 г. было открыто устье р. Миссисипи). Около того же времени Охеда и Никуэса (а после их гибели Писарро и Бальбоа) обошли с моря богатую тогда жемчугом Коста-Рику, Панаму и часть Колумбии. В экспедиции Охеды участвовал итальянский ученый Америго Веспуччи, позже издавший книгу о новооткрытых землях, которые в его честь затем и получили название Америки. В 1513 г. на перешейке Панамы первый европеец увидел Тихий океан. По преданию, это был Бальбоа; его открытие не помешало другому конкистадору в 1519 г. казнить его «за измену». К началу 1540-х годов не только все Карибское море было исследовано, но отважные искатели «золотых городов» прошли и по всем главнейшим тропам юго-западной части будущих Соединенных Штатов, а также по западным берегам Северной Мексики и Южной и Северной Калифорнии; кое-где здесь они закрепились.

Обходя стороной ту часть южноамериканской суши, которая по Тордесильясскому договору досталась Португалии, испанские мореходы все же обратили внимание и на степные районы вокруг долины р. Рио де ла Плата (Парана) — ныне это Аргентина, — к западу от оговоренной границы. Устье реки было открыто в 1516 г., в 1520 г. вновь обследовано Магелланом. В 1526 г. вверх по реке поднялся итальянский мореплаватель на английской службе Кабот. Он установил, что там нет выхода к Тихому океану, но зато привез образцы серебра [104] . Бассейн Параны был впоследствии сравнительно мирно освоен Иралой. В его владениях (в нынешней Боливии) были найдены богатейшие серебряные рудники Потоси, видимо частично известные уже инкам. В новой области были основаны города Буэнос-Айрес (будущая столица Аргентины) и Асунсьон (будущая столица Парагвая).

Отношение испанского правительства, и лично королевы Изабеллы, к вопросу о будущем рабстве ее новых подданных было колеблющимся. К середине XVI в. было выработано положение, запрещавшее обращение индейцев в рабство и предписывавшее отпуск их на волю, кроме (?) как в случаях каннибализма, мятежа и сопротивления испанской колонизации и христианизации. От этих «послаблений» коренные жители островов Карибского моря ничего не выиграли по той причине, что к 1540—1550 гг. их уже просто не было в живых. Стали ввозить рабов, захваченных в Африке. На континенте Америки вместо рабства испанские «Новые законы» 1542 г. вводили так называемую энкомиенду, при которой каждый индеец «коммендировался» к определенному испанскому владельцу, и тот имел право вызывать его на нужную работу; лишь в остальное время индеец мог отдавать свои силы собственному дому и хозяйству. Испано-американские «энкомиенды» подходят под наше определение «илотии» (в широком смысле). Правило о необращении индейцев в рабство, однако, и позже соблюдалось не всегда.

Между тем начался период испанского наступления на континентальные индейские предгосударства и государства внутри материка: государство астеков Мехико (в Мексике), государства майя в Центральной Америке, предгосударства чибчей в Колумбии, андское государство инков.

Первая задача выпала на долю Эрнана Кортеса. Слухи о богатстве астекской империи дошли до завоевателя Кубы Веласкеса, и для ее разведки, а затем и покорения он направил Кортеса, снабдив значительными средствами. Кортес отправился в путь в 1518 г., но поссорился с Веласкесом. На побережье Мексики он основал поселок Веракрус, и «сенат» этого новоиспеченного «города» поручил Кортесу завоевать Мехико во имя короля Карла I (императора Карла V). Через разведчиков и через свою любовницу индианку Малинче, служившую ему переводчицей и осведомительницей, Кортес знал, что астеки поклоняются световому, а потому белоликому богу Куэтцалькохуатлю и что белый цвет его, Кортеса, лица внушает астекам суеверный страх. Он двинулся на столицу Мехико, озерный город Теночтитлан у подножия огнедышащей горы Попокатепетль. Посредине города высилась ступенчатая пирамида — храм бога. Сотни испанских бронированных пехотинцев, десятки конников и многотысячные отряды подчиненных Теночтитлану племен, жаждавших от него отложиться, почти год осаждали астекскую столицу. В 1521 г. полуразрушенный город сдался испанцам. Царь Монтесума умер в плену, а позже и последний пленный царь астеков, Куаутемок, взятый ранее в плен, был обвинен в заговоре и повешен.

Вскоре после победы над астеками Кортес одолел соперничавшего с ним соседнего испанского полководца и приступил к покорению Гватемалы. Тем временем Мехико перешел в руки врагов Кортеса; он уехал жаловаться в Испанию. Несмотря на все свои деяния, Кортес слыл наиболее благородным и справедливым из конкистадоров. После его отъезда Мексика (включая и территории, впоследствии отошедшие к США) стала ареной долгих усобиц. В 1524 г. помощник и друг Кортеса, Альварадо, начал покорение царства майя на п-ове Юкатан.

В 1524 г. началось испанское проникновение в андские области. Захватчиков манило легендарное богатство Перу. Установив, что перед ним достаточно мощное государство, Писарро вернулся в Испанию за подкреплениями. Новый поход начался в 1532 г., а в следующем году к Писарро подошел с дополнительным подкреплением Альмагро. Для покорения царства инков потребовалось более двух лет; за это время Писарро построил на побережье город Гваякиль в качестве своей военной базы. Вскоре между Писарро и Альмагро началась война, связанная с неудачной самовольной попыткой последнего овладеть Чили. В ходе войны погибли оба военачальника. После периода гражданской войны руководить войсками было поручено Вальдивии. Поход этот оказался особенно трудным, но Вальдивия сумел захватить северное Чили (в южном ему не удалось подавить сопротивление отважного племени арауканов).

В результате завоеваний в Южной и Северной Америке испанские территории оказались в соприкосновении с непокорными племенами снаружи (к северу от Мексики и во Флориде, в Чили) и внутри (к юго-востоку от бывшего царства инков, Перу, в современном Парагвае и вокруг него). Для сношения с этими племенами и возможной их христианизации на границы с ними были выдвинуты монашеские миссии — францисканцев и особенно иезуитов. Последние развили большую хозяйственную, просветительскую и организационную деятельность и обратили большие группы лесных индейцев тупи-гуарани в христианскую веру. Правда, как только они теряли связь со своими просветителями, индейцы (как, впрочем, и в других частях Латинской Америки) нередко возвращались к традиционным верованиям.

В середине XVII в. иезуитам удалось создать в Парагвае теократическую республику, которая по своей организованности и уровню жизни заметно превосходила соседей. Но в 1773 г. общество иезуитов было временно распущено, и Парагвайская республика сделалась объектом нападения соседей.

Середина XVII в. ознаменовалась тем, что вся Южная, Центральная Америка, Мексика (включая позже потерянные области), острова Карибского моря и (во всяком случае, формально) Флорида перешли под власть Испании, образовав некую империю. Управлять ею из Мадрида или даже из Мехико при тогдашних средствах сообщения было практически невозможно. Поэтому была создана специальная имперская структура: вся американская территория, находившаяся под властью испанского короля, образовала вице-королевства Новой Испании и Перу; позже эта территория была разделена на четыре вице-королевства: Новую Испанию (включавшую Мексику с Карибскими островами и Центральную Америку), Новую Гранаду (включавшую нынешние Венесуэлу, Панаму, Колумбию и Эквадор), Перу (включавшее также части нынешних Боливии и Чили) и Ла-Плату (включавшую все остальные южноамериканские области, т. е. современные Аргентину, Уругвай, Парагвай и части нынешних Боливии и Чили).