– И где ваша подружка, офицер Калин?
– Девушка перевела на него вопрошающий взгляд, надеясь выпутаться из патовой ситуации, благодаря своей природной наглости и его джентльменскому поведению.
– У вас такие трепетные отношения... пупсик.

– Вижу вам гораздо лучше, мисс Даманиде Леин, - язвительно процедил Демир, отбрасывая полотенце и опускаясь на кровать в опасной близости от ее ног.
– Нахальства хоть отбавляй.

Амани выпрямилась, повертелась, опасаясь головокружения и, принялась незаметно отодвигаться к краю кровати.

– Я бы с удовольствием поболтала, но пора бежать, дела, знаешь ли. Я обязательно и всенепременно передам начальству все нюансы вашей великолепной квартиры и тонкие, я бы сказала, истинно аристократические вкусы вашей подружки.

Он не подхватил ее веселый настрой и продолжал смотреть на нее пристальным взглядом. Амани передвинулась еще немного, и его рука ощутимо сдавила щиколотку, прекращая маневры по шелковому покрывалу.

– Я пытался тебя искать, прекрасно понимая, что если к твоему исчезновению приложил руку Латер, любые поиски бесполезны: надеялся на фарт, мне всегда везло там, где другие терпели фиаско.

Демир наклонился, нежно обводя овал ее лица, кончиками пальцев, едва касаясь, словно вспоминая забытые ощущения.

– Ну, и какова измена на вкус, Амани? Надеюсь, ты получила все, о чем только мечтала, когда так поспешно оставляла меня одного?

Девушка снисходительно взглянула на него из под неимоверно длинных ресниц и деланно - беззаботно улыбнулась, продемонстрировав безукоризненную белизну зубов.

– На кого ты определенно не похож, так это на кинутого и всеми позабытого бедного жениха. Взять, к примеру, эту "каштанку" в розовом пеньюаре и вульгарных сабо с розовой же опушкой. И это еще я не упоминала о твоей официальной спутнице.

Демир криво усмехнулся и неуловимо передвинулся ближе, упираясь обеими руками в изголовье кровати и нависая над Амани.

– Это место я когда - то предлагал тебе, если помнишь, но ты предпочла чек от моего брата и так желанную тобою свободу.

– И я была права, - девушка безбоязненно смотрела на все больше мрачнеющего мужчину.
– Твоя верность супруге продлилась так недолго.

– Блейсс далеко не ты.

– О, вот только не нужно сейчас мелодрамы.
– Амани театрально закатила глаза.
– После глубокого психологического потрясения, вызванного нашей встречей и последовавшего за ним обморока, я просто не вынесу хвалебную оду в честь себя самой.

– Моя милая Амани, - Демир неожиданно выпрямился и поднялся с кровати, равнодушно наблюдая за тем, как девушка поспешно перекатывается на другую сторону и вскакивает на ноги.
– Ты не настолько красива, чтобы я снова потерял от тебя голову.

– Ты только что жестоко разбил мое сердце: ведь все эти годы я надеялась на наше воссоединение.

Амани оглянулась в поисках папки с документами, и, заметив ее на широком подоконнике, направилась к окну. Взяла и посмотрела на стоявшего посередине комнаты мужчину: руки в карманах брюк, голова склонена чуть на бок, на губах блуждает насмешка.

– Ну, так я пойду оплакивать рухнувшие мечты и составлять смету?

Демир небрежно повел плечами, словно отмахиваясь от ее назойливого внимания.

– Кто я такой, чтобы удерживать тебя?

– Задал бы себе этот вопрос, когда лифт заблокировал.

И девушка промаршировала гордо по коридору в холл. Двери лифта раскрылись, едва она зло ударила по кнопке вызова. Калин в холл не вышел и, ее это обстоятельство нисколько не задело. Они давно чужие друг другу, да и можно ли было назвать их когда - то близкими? Банальная любовная связь армейского офицера с приглянувшейся пленницей: без обязательств, без чувств, исключительно плотское наслаждение.

На работу она не поехала, позвонила в офис, сказала секретарше, что появиться только утром, ссылаясь на некие туманные обстоятельства, требующие ее незамедлительного внимания. По дороге зашла в магазин и, прикупив бутылочку вина и пачку сигарет, поднялась к себе в квартиру. Встреча с Калином не то, чтобы выбила ее из колеи, но порядком расстроила. Он вроде бы хотел с ней поговорить, но сам не сказал ничего определенного и важного, такого, чтобы это стоило усилий по удержанию ее в квартире и приведению в чувство. Может, поддался сиюминутному порыву или воспоминаниям? Вряд ли девушки его когда - либо бросали. Амани приняла горячий душ, зажгла ароматические палочки и откупорила бутылку вина. Первый же выпитый бокал вместо ожидаемого расслабления, вызвал волну жалости к себе. Калин был просто непозволительно великолепен в форме офицера армии Дамана. Его запах кружил голову, красиво очерченные губы соблазняли, обещая неизъяснимое наслаждение. Девушка наполнила еще один бокал, всхлипнула от пронзительной жалости к себе и залпом выпила. Прикурила длинную, тонкую сигарету, глубоко затянулась, ... и стало легче. Потянуло поговорить, поделиться с кем - то пережитым потрясением от неожиданной встречи с Демиром. Только без имен, ну, кто ей поверит, что она была почти, что невестой одного из Калинов? Так, немного описать в общих чертах, хотя зачем ей это надо? Они же больше не встретятся. Амани не собиралась иметь какое - либо отношение к проекту, быть может вообще стоит уехать заграницу, попутешествовать, присмотреться к другим странам, находящимся подальше от Дамана, найти новую работу и новых друзей. Еще один бокал вина и новая сигарета убедили Амани в бессмысленности переезда. Ну, зачем Демиру искать с ней новых встреч? Он - богат, красив, женат на ошеломительно - красивой женщине, любовница тоже красавица. Девушка хихикнула, вспомнив ласковое прозвище грозного офицера Калина - пупсик. Этакий розовый младенец в подгузнике и чепце в сплошную оборку. Амани потянулась к бутылке, но та была пуста, а выпить не то, чтобы просто хотелось, выпить еще было безотлагательной необходимостью. Девушка потянулась к телефону и набрала номер подруги: договорились встретиться через полчаса в модном клубе.

В офисе на следующее день Амани появилась ближе к обеду в солнцезащитных дизайнерских очках, вялая и немного заторможенная из - за недосыпания после незапланированного кутежа с подругами в ночном клубе. Вместо кофе наполнила стакан водой, растворив в нем еще одну порцию антипохмельного средства, жадно выпила и в сотый раз пообещала себе больше не напиваться. Зачем она вообще купила вино и сигареты? Алкоголь она переносила плохо, а уж в паре с сигаретой... Девчонки пробовали ее остановить, но она уже вошла в пике. Амани вошла в кабинет, не глядя, бросила сумку куда - то в район столика, скинула туфли на привычно высоких каблуках и с легким стоном наслаждения опустилась в кресло, забросив ноги на стол и закрывая глаза. Головная боль и тошнота отступали медленно и неохотно, давая ей время насладиться их обществом во всем своем великолепии.