– Он действительно может стать королем Лоэрна?

– Узнаю свою дочь!

– Вечером, после знакомства с виконтом, я вас навещу, отец…

Юная маркиза выполнила свое обещание. Герцог с нетерпением ожидал, что же она скажет.

– Глупый мальчишка. Совсем мальчишка. Да и манеры, временами мне казалось, что он совсем неотесан и ведет себя как простолюдин, но потом вновь проявлялись благородные манеры.

– Значит, он глуп?

– Не совсем так, отец. Глуп в жизни двора. В отношениях с женщинами. Но сам по себе отнюдь не глуп. Мне показалось, что он сильно обделен вниманием. В заботливых и внимательных женских руках из него вполне можно вылепить нужное. Хотя временами упрям. Очень упрям.

– То есть, если правильно направить его в нужное нам русло, то он будет сам, со всем упорством и упрямством действовать нам на пользу?

– Да. Но меня тревожит его какое-то непонятное участие в его приемном брате. Тот для него слишком много значит. Или же виконт вбил себе это в голову со всем своим упрямством? Я так и не поняла. Как только речь заходила об этом Сашке, я чувствовала себя посторонней. Хотя до этого он был рад общению со мной.

– Если мы найдем его пропавшего брата, то каковы последствия?

– Третий, как известно, лишний. Третьей буду я, а не он. И я этого не хочу!

– Я подумаю, дочь моя.

– Подумайте, отец. Тем более мне и так будет трудно с ним общаться. Фи, калека. Он мне немного противен. Даже толстый Драйк лучше.

– Но мальчик мне показался довольно симпатичным.

– Я терпеть не могу людей с веснушками.

– Но их у него немного.

– Сколько бы ни было.

– То есть, маркиза, вы не хотите с ним встречаться дальше?

– А когда он станет королем, кусать локти?

Герцог рассмеялся. Дочери всего шестнадцать лет, а такая хватка! Бедный виконт. Если ему суждено занять королевский престол, то править ему не придется, править будет королева. Значит, есть серьезный повод вмешаться в борьбу за Ларск. И словно чувствуя мысли отца, Эльзина продолжила:

– Отец, вы ему поможете или он так и останется виконтом-изгоем?

– Если у тебя на него будет влияние, помогу.

– Спасибо, отец. Завтра я хотела бы снова встретиться с виконтом.

– Только не забывай, Эльзина, о виконте никто не должен знать.

– Хорошо, отец.

На следующий день в послеобеденные часы Эльзина постучалась в дверь в комнату виконта. Слуга ей открыл и поспешил оставить маркизу наедине с виконтом.

– Дарберн, разрешите, я буду вас называть без всяких титулов. Но и вы меня называйте только по имени. Вся эта мишура титулов меня немного раздражает.

– Эльзина, вы выразили и мое мнение. Тем более я не привык к этим официальным обращениям. Я ведь шесть лет как покинул Ларск. И там, где я жил эти годы, титулов не было.

– А я вот, наоборот, целыми днями только и слышу: ваше сиятельство, маркиза… все уши мне прожужжали. И эти комплименты. Они какие-то не настоящие. Я чувствую, что, будь я простой дворянкой, никто из тех, кто мне говорит всякие приятные слова, на меня даже внимания не обратил бы. Я разве красавица?

– Ну, что вы, Эльзина. Хотя, да… Но вы очень симпатичная девушка и мне приятно быть в вашей компании.

Действительно, неотесанный маленький противный мужлан. Значит, не красавица? Кто же такое говорит девушке, тем более маркизе! Титулы его не интересуют! Противный мужлан!

– Дарберн, мне с вами очень приятно находиться вместе. Вы искренний, а этого так не хватает в этом замке. И вы мне очень симпатичны.

– Но… – Дар посмотрел на свои культяпки.

– Постарайтесь меньше обращать на это внимание. Не это главное. Если человек честный, искренний, благородный – этого уже достаточно. Но вы еще и красивый.

– Я? – Дар в растерянности дотронулся до большого шрама лбу.

– Шрам? Шрамы красят мужчин. А ваши глаза в сочетании с милыми веснушками… Вы пробовали эти фрукты? Я забыла, как они называются, отцу их привезли из Хаммия. Давайте я вас угощу. Откройте рот… вот так.

– Вкусно.

– Да? – Эльзина взяла второй фрукт и надкусила половину. – Действительно, вкусно. – И отправила вторую половину Дару в рот. – Ой, подождите, сейчас я вытру. – И достав из обшлага платья надушенный платок, провела им по губам Дара.

Дар смотрел на Эльзину и неожиданно ощутил странное чувство, которое охватило его дрожью. Он вспомнил маму, как она его кормила, гладила по голове. Но то была мама, а здесь посторонняя чужая девушка. Впрочем, какая же она посторонняя? Почему он не встретил ее раньше?