Я вздохнула:

– Ладно. Только ты же знаешь, что мне совсем не в чем… «вилять хвостами».

– Я тебя умоляю! – подруга расхохоталась и подмигнула мне.

Итак, следующие четыре часа мы провели в лэптопе Леры, рассматривая различные варианты вечерних платьев. Белые она отметала сразу, синие не подходили ни ей, ни мне. Фиолетовые – «фу, как слива переспелая». Оранжевые – «Боже, Редж, ты будешь похожа на вздувшийся апельсин, и тебя даже твоя худоба не спасет».

Мне порядком поднадоело, но вдруг ее рука замерла над очередной картинкой платья.

– Вот оно! – торжествующим шепотом проговорила она, и ее глаза сверкнули дьявольским блеском. – Редж, я уже представляю тебя в нем. Все просто упадут!

Я пододвинулась ближе и уткнулась носом в лэптоп. Ого, да она права.

Я никогда не считала себя такой уж красоткой, но это платье вполне бы помогло мне побороться за этот титул.

Не успела я его и как следует рассмотреть, как Лера быстро нажала на кнопку «заказать» и ловко перескочила дальше.

– Но… - я подняла руку, даже не успев посмотреть цену.

– Молчи сиди! – шикнула на меня Лера, листая дальше. – Одно для выставки, второе для дома.

Дальше мы отмели в сторону еще кучу вариантов, пока подруга не наткнулась на короткое коктейльное золотого цвета. Не думая ни секунды, та нажала кнопку «заказать» еще раз и продолжила поиски.

Глубоко вздохнув, я покачала головой. Лера такая Лера.

17.

Двадцать девятого и тридцатого декабря мы носились как сумасшедшие. Дороги в нашем районе, наконец-то, более или менее расчистили, и мы с Лерой почти поселились в машине, кочуя с одного магазина в другой. То у нее не оказалось туфель, подходящих под то самое золотое платье, то ей не нравилось, как смотрятся ее бриллиантовые серьги, цитирую: «укоротили шею к чертовой матери, я на бегемота толстошеего похожа». Да, вот так и бывает.

Ну а что, я не отставала. Я скупала украшения, мишуру и гирлянды, а вечером двадцать девятого декабря развешивала их с помощью Адама, который, скорее, отвлекал, нежели помогал. Я сладко вздрагивала, когда он «нечаянно» касался меня в самых неожиданных местах, «помогая развешивать гирлянду».

Не подумайте, я не возражала, и это все казалось мне до жути правильным. Я чувствовала умиротворение рядом с ним, но так же чувствовала какую-то недосказанность, повисшую перед нами толстым пластом.

Мы не поднимали тему с Новым Годом, и Лера помалкивала о выставке, думая, что ему не понравится перспектива кучи мужчин, палящихся на мое тело . Надо же, в кои-то веки она решила, что будет правильным, а не выбирала задницей.

Вечером тридцатого я устало вползла в квартиру и бухнулась на диван в гостиной.

– Я так устала! Надо донести себя до ванной и полежать там с тремя шариками ванили.

Лера, разматывая шарф, упала рядом со мной.

– Боже, я не чувствую ног, - прохныкала она, вытянув стопы в лиловых носочках.

Я усмехнулась.

– Так кто же … хотя о чем я. Ты родилась в каблуках, зачем я вообще говорю.

Лера поиграла бровью.

– Адам не звонил?

– Нет, - грустно покачала я головой, посмотрев на нее. – Он очень занят с семьей, и это все, что я знаю.

Лера повертела в руках брелок от ключа и сказала:

– Может, действительно занят…

– Я ничего и не говорю! – вскинула я руки так, словно бы сдаюсь.

– Но думаешь, - фыркнула Лера, поднимаясь с дивана и уходя. – Я прямо вижу, как двигаются шестеренки в твоей голове.

– Отвали! – крикнула ей вслед я, кидая подушку. Та с мягким стуком ударилась в вовремя закрытую за засранкой дверь.

Ну а что?! Я не думала, что Адаму есть польза от обмана. Я не предъявляла прав, и думала, что у нас все просто и основывается лишь на эмоциях. Да, я знала, что на эмоциях далеко не уедешь, но я довольствовалась тем, что есть, предпочитая не думать о том, что будет после.

Словно в подтверждение моих слов телефон в кармане пиликнул, оповещая о смс. Я, достав его, обнаружила номер Адама.

«С ними так скучно, но зато я уже придумал, что подарить тебе на Новый Год. Ты обрадуешься.

P.S.: не запаздывай с моим подарком…»

Улыбка осветила мое лицо. Ну как он может обманывать? У меня, наверное, просто пунктик после поступков Того-Кого-Нельзя-Называть.

Набрав ответ, я отложила телефон и отправилась к себе в спальню. Скинув вещи, я захватила полотенце и с все той же счастливой улыбкой пошагала в ванную.

Три кубика ванили, пышное облако пены – и я еще более счастлива. Пена напоминала мне о детстве, когда мама купала меня в нашей небольшой старенькой ванной, намыливая мне волосы детским шампунем и приговаривая: