– Ты не говорила, что он такой симпатичный, - бросила я, открывая книжонку с роллами и выбирая, что буду есть.

– Ну, это было очевидно, - пожала плечами Лера – ее, казалось, красота ее парня не смущала. Хотя, кого бы она смущала? Главное, чтобы был верен, а не как Сами-Знаете-Кто.

– Ох, я забыла, что говорю с мисс Совершенство, - подколола ее я.

Лера перетянула короткие рыжие волосы в маленький хвостик.

– Тсс… Люди могут подумать, что я зазнаюсь, - двинув бровью вверх, она сохранила серьезное лицо, а я рассмеялась.

– Твое эго просто безгранично, засранка.

Лера резко повернулась ко мне – ее глаза лучились смехом.

– Засранка? Вау, Лепнина, вот это грязное словечко!

Я усмехнулась и продолжила выбирать роллы.

Через час приехала наша еда, и мы провели предпоследний вечер в этом году у телевизора, смотря какие-то предновогодние комедии. В них был свой шарм и очарование. Искренняя любовь и милость.

Я постоянно проверяла телефон на наличие сообщений, но их не было.

Сегодня он так и не позвонил.

18.

Я неловко подтянула края лифа платья и посмотрела на Леру, красящую губы в туалетной комнате для дам в Центральном выставочном зале:

– Я выгляжу глупо.

– Вовсе нет! – огрызнулась подруга. Кто-кто, а она выглядела так, словно сошла с обложки GQ – стильно и статно. Что ж, это Лера, ничего удивительного. Я же ощущала себя переряженной елкой – платье казалось слишком помпезным, макияжа – слишком много, прическа – слишком наворочена. Сегодня я вся состояла из этих «слишком».

Хотя, платье было чудное. Две лямки опускались с плеч на груди, скрывая их и оставляя слегка заметную дорожку моего белоснежного живота. Юбка, шедшая вниз от талии пышными изумрудными волнами, переливалась всеми оттенками зеленого, так подходившего к моим глазам. Спина была полностью задрапирована, в ушах сверкали Лерины бриллиантовые серьги, на ногах – серебристые туфли на немыслимо высоком каблуке. Я начинала чувствовать себя некомфортно.

– Эй, - подруга кинула в сумочку помаду и повернулась ко мне. Ее карие глаза, подчеркнутые дымчатыми тенями, сверкнули: - Успокойся немедленно. Ты выглядишь изумительно, Лепнина.

– Ты тоже, - вздохнула я и, перехватив свой клатч, шагнула на выход из комнатки. – Пошли, скоро все начнется.

Лера, покачав головой, пошагала за мной, звонко стуча каблуками по кафелю. Я проверила телефон – ни одного звонка, ни одного сообщения от Адама. Сжав зубы, я спрятала его обратно. Меня это раздражало даже больше, чем неудобные туфли.

Сегодня все шло наперекосяк. С утра я проснулась с невыносимой болью в горле – здравствуй, ангина, под бой курантов с малиной и медом. До полудня хрипела, словно мне кто-то наступил на горло, а Лера хлопотала надо мной, растирая какую-то тайскую мазь на груди и прикладывая компрессы на лоб от температуры, которая продержалась до четырех.

В общем, сегодня я была в отвратительном состоянии. Лере пришлось вызывать себе на помощь Нину, и пока я мертвым грузом лежала на диване, они хлопотали по дому, прибираясь. Ужин мы решили заказать, и Нина, ждущая нас в нашей квартире, позвонила и предупредила, что блюда привезут через час.

Мой организм вовсю противился праздничной атмосфере. Даже красота Выставочного Зала не привлекала меня – хотя здесь все было таким изумительным и роскошным.

Лера, прекрасно знающая меня в состоянии ангины, не лезла с вечным нытьем о том, как она выглядит. Моей главной мечтой сейчас было добраться до кровати, но я здесь, потому что не могла отправить подругу на съедение всем этим акулам, которые, кстати, сверкают отбеленной улыбкой и поправляют манжеты на дорогущих костюмах от Диор.

– Эй, Редж, - шепнула Лера, взяв меня под руку. – Смотри, вон картина, ради которой весь этот сыр-бор. Пойдем, поглядим.

Я безвольно потащилась за ней, цокая каблуками по мраморному полу. Я прямо таки чувствовала алчные и поедающие взгляды всех мужчин, которые были направлены не только на Леру, но и на меня, что было странным. Мой дискомфорт только возрос, и мне ничего не хотелось больше, чем вернуться домой.

Когда мы остановились перед картиной, я вздохнула и перевела дух. Она была большой, вставленной в золотую раму невероятной красоты – наверняка, стоит больше, чем наша квартира.

Картина выглядела сочно. Яркие зеленые краски, крупные мазки, показывающие летнюю траву. Густое голубое небо с легкими, пушистыми облаками. Большое, прозрачное серо-синее озеро, у которого сидит беззубый мальчик, обернувшись через спину и смотрит прямо на тебя. У него глубокие голубые глаза, перекликающиеся с цветом неба, и я сразу проникаюсь нежностью к нему. Мальчишка ясный, открытый и невинный. Такой непосредственный.

Я склонила голову набок, вглядываясь в картину. «Пятница в три» - название. Что же было в пятницу в три?